Хоть и маленькие совсем, да не безмозглые – едет неизвестно кто, может и внимания не обратить на скулёж из чужой телеги, а кнута отведать никому не хотелось. Если бы не было шанса на побег – наверное, рискнули бы. Но точно не сейчас.
К костру выехал мужчина, одетый по-городскому. Не как лорд, конечно, но добротно. Лицо замотано платком, одни глаза из-под низко надвинутой шляпы сверкают. Поперёк седла у него висел темноволосый подросток в простой домотканой одежде, обвис так, словно был без сознания.
Какое-то время прибывший рассматривал наших возниц, а я его, слившись с травой в паре метров от костра. Хорошо лицо скрыл, столкнёшься – не узнаешь.
– Вы Молес? – поинтересовался незнакомец негромко.
– Ну да, Молесом кличут, – откликнулся обладатель этого имени. – Чего желаете, господин хороший?
– Посылочку привёз, передать на корабль надобно, – и он небрежно спихнул паренька с лошади, тот буквально стёк на землю – точно без сознания.
Сейчас стало хорошо видно, что мальчишку били, причём безжалостно.
Лицо в ссадинах, нос разбит в кровь, один глаз посинел и распух. Вот же сволочь!
– Эээ… великовата посылочка, – разглядывая мальчишку, выдавил Молес. – Велено не старше десяти привозить, чем младше, тем лучше. А тут все четырнадцать будет. Такие уже не дрессируются.
– Тринадцать, – поправил приезжий. – И дрессируются все, нужно только верный метод применить. А этого возьмут, уж поверь, с руками оторвут.
Дракон это.
– Да ладно! – ахнул Вирток. – Откуда ж такой взялся? Да драконы своих драконят пуще золота берегут, да и не бывает среди них сирот, батьки-то бессмертные, со своих детёнышей глаз не спускают.
– Это про которых знают. А этот ублюдок неучтённый, поздно обратился, папаше и сообщать не стали.
– Денежки тянули, – понимающе хмыкнул Молес.
И я тоже поняла, о чём он. Если у дракона на стороне ребёнок родился, он на его воспитание хорошие деньги давал, да присматривал, не обретёт ли тот крылатую форму.
Таких, кто обращаться мог, папаши сразу к себе забирали. А кто так человеком и остался – на того деньги до самой смерти шли.
– А чего ж дохода лишаться? – согласился приезжий.
– Так чего вдруг избавиться решили? – влез Вирток.
– Папашка его решил парня забрать в какое-то военное училище. Негоже, мол, хоть и бастарду бескрылому, в крестьянах жить, подрос – пусть учится да карьеру делает.
