Автор
В мире без крыльев людей, мечты о летательных существах вызывают смех. Но что, если у чудовищ есть крылья? Открытие дает новые возможности злоупотребления властью и власть над слабыми — как бы ни странно это казалось. Книга "Чудовище без красавицы" – это шокирующий взгляд на мир, где даже харизматичные существа могут скрывать ужасную правду.
– Ну-ка, посмотрите на крыльцо, – раздраженным голосом велела хозяйка, – и ответьте мне, что это за безобразие!
Рената молча выскользнула за дверь и через секунду вернулась, держа двумя пальцами… мои ботинки. Я уставилась на них во все глаза. Ну надо же было свалять такого дурака! Сняв не слишком презентабельную обувку, я, вместо того чтобы положить в пакетик и прихватить с собой, оставила ее у двери.
– Наверное, бомжи бросили, – вздохнула Рената, – экая грязная мерзость."
"Я мысленно возмутилась. Согласна, ботинки слегка запылились, но утром я их тщательно вычистила, и потом, они из натуральной кожи, мех, правда, искусственный…
– Вы в своем уме, Рената? – возмутилась Дина. – Зачем мне слушать рассказ о том, кто тут бросил эту гадость! Ваше дело вынести дрянь на помойку, а не делиться умозаключениями!
Вздохнув, горничная уволокла мою обувь куда-то в глубь коридора. Я безнадежно проводила ее взглядом. Дина сердито продолжила:
– Вот, все прелести проживания в центре налицо!
– Почему бы вам не переехать в охраняемый поселок? – поинтересовалась я, натягивая у зеркала идиотскую курточку из крашенной в красный цвет норки.
– Мой муж – урбанист[1], – со вздохом пояснила Дина…
Я вздернула брови:
– Сочувствую, дорогая. Но не отчаивайтесь, сейчас медицина ушла так далеко! Обратитесь к специалистам, вылечат!
Ковыляя на цыпочках по обледенелому двору, я кожей чувствовала волну веселья, исходящую от стоявшей в дверях хозяйки.
ГЛАВА 21
До метро я добралась, как ярмарочный танцор на ходулях. Кое-как, уцепившись за перила, сползла вниз и кинулась к первому попавшемуся ларьку, торговавшему обувью.
– Дайте вон те кроссовки, за триста рублей!
Продавщица прокатила во рту жвачку, оглядела мою выпендрежную курточку, узконосые баретки, черные брючки и сообщила:
– Дама, это Китай.
– Давайте, тридцать восьмой размер есть?
– Они из кожзама.
– Дайте померить!
Девчонка, обозленная моей непонятливостью, брякнула:
– Господи, да зачем вам это говно? Развалится через месяц! Лучше купите вон те «Хаш паппис», замша натуральная, фирма! И всего-то сто баксов.
Потеряв терпение, я рявкнула:
– Хватит спорить, живо вытаскивай китайские за три сотни!
Девица фыркнула и достала грязную, раздавленную коробку, украшенную иероглифами.
– Только имейте в виду, – бормотала она, выбивая чек, – назад не приму, потому как предупреждала, эта обувь – жуткая дрянь!
Я ткнула пальцем в стекло, где висело объявление «Гарантийный срок на всю обувь две недели».
