Автор
Статуя Хароса Первого заслоняла заходящее солнце, вдали шумела набережная, где утекали весенние хёггкару ильхи. Ночь была теплой, но воздух напоминал о зимнем влиянии, прохладными порывами обдувая бревна таверны. Весной невеста поднималась в землю, а здесь уже появлялась она вновь, ее лицо скрывала черная повязка....
Независимые наблюдатели и судьи подались вперед и, чуть ли не открыв рот, внимали обвинителю. Эриксон хмурился, а мне хотелось завопить. Мой защитник оказался в ужасном положении. Разглашать правду о фьордах нельзя, но как же тогда объяснить, что мир за Туманом не ужасен? К тому же мы оба — и я, и Эриксон — понимали: скажем правду, и люди взорвутся от возмущения и страха. Незнание и непонимание чужих обычаев и жизни приведет к катастрофе. Разве люди смогут спокойно принять кровавые ритуалы? Да ни за что!
Конфедерация спокойно истребляет животных, но если узнает о жертвенных кабанах и волках — возмутится и осудит!
Мы с Эриксоном это понимали и теперь кусали губы, не зная, как защитить земли озер и скал.
«Ты хитрая ласка, Энни», — прозвучал в голове насмешливый голос. Мне захотелось зажмуриться и слушать его, слушать… Хотя бы в своем воображении.
Но открыла глаза и изобразила глупую улыбку.
— Но все было совсем не так! — непочтительно перебила я обвинителя. — Я сама отказывалась от еды, потому что с детства мечтала похудеть! И сейчас я наконец выгляжу так, как всегда хотела! Можно сказать, что фьорды исполнили мою давнюю мечту!
Кто-то из женщин в зале понимающе хмыкнул.
— А раны на вашем теле — тоже ваша мечта, госпожа Вилсон? — стремительно атаковал обвинитель. — Вот это — тоже ваша мечта?
Он махнул рукой на экран. И я прикусила щеку, увидев фотографии. Сине-желтая кожа, синяки, ссадины, порезы, раны… Ноги и руки в крови… Грязь на теле, лице, волосах… Закрытые глаза и лохмотья…
Наблюдатели пораженно ахнули и начали перешептываться.
— Я заблудилась в горах! — воскликнула я. — Я упала и поранилась!
— У вас были трещины в ребрах, госпожа Вилсон. Вас ударили, и довольно сильно.
Ну да, удар драконьим хвостом — серьезное дело! Но как объяснить, что чудовище тоже не виновато?
— Вы защищаете своих мучителей, — с обманчивой мягкостью произнес лысый гад. — Так бывает, мы понимаем. Но фьорды опасны, признайте это.
— Вы заблуждаетесь..
— Значит, вы можете подтвердить под присягой, что земли за Туманом не опасны?
— Да…
— Очень рад, уважаемая госпожа Вилсон.
А я похолодела, понимая, что меня ловко загнали в ловушку. Конечно, командор выставил не простого обвинителя, а лучшего! И что я могла ему противопоставить? Глупую улыбку?
— Раз госпожа Вилсон согласна, я предлагаю пройти тест на лжемашине!
Судьи и наблюдатели оживились, а я похолодела.
