Автор
Статуя Хароса Первого заслоняла заходящее солнце, вдали шумела набережная, где утекали весенние хёггкару ильхи. Ночь была теплой, но воздух напоминал о зимнем влиянии, прохладными порывами обдувая бревна таверны. Весной невеста поднималась в землю, а здесь уже появлялась она вновь, ее лицо скрывала черная повязка....
Наша экспедиция совершила путешествие в эти земли и даже наладила связь с местным населением. Правда, сведения о фьордах так и остались противоречивыми, а порой и пугающими. Заповедные земли оказались обитаемы. Уровень развития ильхов значительно отставал от уровня просвещенной Конфедерации, здесь все еще вручную шили одежду и пекли хлеб, для перевозки грузов использовали телегу и лошадей, а по вечерам читали при свете свечей или масляных ламп. Здесь ничего не знали о научно-техническом прогрессе. Варвары, как говорили у нас.
К тому же население фьордов оказалось не слишком гостеприимным и попасть сюда можно было лишь одним способом — стать невестой ильха. Потерянные земли приоткрывают дверь лишь для тех женщин Конфедерации, что готовы навсегда отказаться от прошлого и стать частью нового мира. Мира незнакомого, непознанного и дикого, но безумно красивого. Изображения фьордов покорили многих жительниц Конфедерации, но решающим фактором стали портреты женихов-ильхов.
Даже на фотографиях красавцы в шкурах производили сногсшибательное впечатление.
Фьорды рисовались в воображении картинами будущего счастья — простого и понятного, пусть и лишенного многих благ просвещенной цивилизации.
И вот два десятка дев — разных возрастов, цвета волос и комплекции — прошли сквозь Туман, оставляя за плечами прошлое. Воспоминание об этом проходе можно отнести к самым странным и пугающим в моей жизни.
Лишь ильхам под силу провести сквозь границу. Да и то лишь в одном месте, которое у нас теперь называют Коридором.
Из Тумана переселенки вышли утомленными и испуганными.
Первое знакомство с фьордами оказалось впечатляющим. Все казалось сном — невероятным и немного пугающим.
