Автор
Статуя Хароса Первого заслоняла заходящее солнце, вдали шумела набережная, где утекали весенние хёггкару ильхи. Ночь была теплой, но воздух напоминал о зимнем влиянии, прохладными порывами обдувая бревна таверны. Весной невеста поднималась в землю, а здесь уже появлялась она вновь, ее лицо скрывала черная повязка....
— Не дело черному хёггу без жара пламени, плохо без него… Знаю, как плохо! Ничего, отогреешься, может, и вернуться в тело человека получится, погоди…
Приговаривая, Бенгт растворился во мраке пещеры, и уже через миг куча углей рассыпала красные искры. И тут же хёгг взвыл и с силой ударился в стену пещеры. Словно пытался ее пробить.
— Потерпи, потерпи, дружище, сейчас я огонь разбужу… Сейчас… Да не буянь ты так!
Искр стало больше, вспыхнул огонек. И побежал весело по углям.
Крылья чудовища ударились о камни и повисли линялыми безжизненными тряпками.
— Стой! — вырвалось у меня прежде, чем я успела подумать или даже осознать свой порыв.
Бенгт не обратил внимания, и я бросилась к разгорающемуся пламени, схватила свой ящик с остатками подтаявшего снега и опрокинула его в костер.
Огонек удивленно зашипел и затих, лишь угли продолжали посверкивать красным.
— Ты что же это творишь, глупая дева? — неверяще протянул Бенгт. Выпрямился во весь свой двухметровый рост, но я не впечатлилась. После салочек с драконом уже трудно впечатлиться даже таким размером!
— Я не глупая дева! — поправила на носу свои треснувшие очки и уперла руки в бока.
— Да ты сдурела, дева. Без жара хёгг сдохнет уже к утру, — почти ласково отозвался Бенгт.
Я прикусила язык. А что, если он прав? Что заставляет меня хмуриться, глядя на разгорающийся огонек? Может, тоскливый вой хёгга? Но что я знаю об этом чудовище? Кроме того, что его не существует…
Бенгт отодвинул меня плечом — несильно, но я чуть не свалилась.
Ильх снова повернулся к куче углей.
— Займись лучше мясом, дева, — небрежно махнул рукой варвар. — Тушу я оставил у входа…
Злость, щедро сдобренная пережитым страхом и усталостью, оскалилась внутри меня."
"— Я не кухарка, я искусствовед! — огрызнулась сердито. — Ну, помимо того, что врачевательница. И знаешь что, ильх? Хочешь, чтобы этот зверь жил, — не мешай мне лечить его! И не разжигай огонь! А вот от обеда не откажемся ни я, ни хёгг.
Бенгт выпрямился, обернулся. На миг показалось — свернет шею зарвавшейся чужачке, а после сожжет на том самом хёгговом огне! И явно именно это он и хотел сделать! На меня злобно уставился единственный глаз варвара.
