— Даже денег дать пытался. Нет, не из вредности, как ты сейчас скажешь. Он волнуется за тебя, просто признаваться не хочет. Не ругайся. Но в лес мы тебя больше не возьмем.
— Поуказывай еще мне, — выдохнула я и почувствовала себя бесконечно усталой."
"Как будто все, за что ни возьмись, выходило из-под контроля. Скоро все вокруг начнут мне указывать. Даже сорока-балаболка, которая, если верить Иви, делает успехи, научится говорить именно для этого. Махнув рукой, я вышла из спальни. Дойду уж до Рейнера, зря что ли одевалась.
Свет в доме почти везде погасили, и запертую дверь кабинета снизу очерчивала тонкая сияющая линия. Я хотела было постучать, но вспомнила, как он вламывался без предупреждения, и тоже не стала.
— А, это ты. Проходи, садись, — произнес он, нисколько мне не удивляясь. — Я уже думал, не придёшь.
Я послушно села на тот же самый стул. На миг возникло странное ощущение, словно время перемотали назад на повторе. Сейчас ворвётся Бети, и Рейнер в ссоре с ней займет мою сторону. Или не мою, зная, чем обернется?
— Ты никогда не хотел бы повернуть время вспять? Зная все наперед, что-то исправить? — спросила, откладывая другой вопрос, который должна задать.
Зачем ты меня ждал?
— Разумеется. Кто бы не хотел, — усмехнулся он. — Но только не в этот раз. Не сейчас.
— Хочешь что-то сказать — так говори.
Иначе задохнусь от сковавшей меня неловкости. Мне нравился такой Рэй. Тихий, притягательно красивый без дурацких своих гримас и уязвимый. Но насколько же было проще с тем высокомерным мудаком Рейнером Бирном, который вечно дерзил и ни в грош меня не ставил!
Тот держал в тонусе и вызывал желание пообломать ему рога. Превосходная мотивация. Как себя вести с этим — я не понимала.
— Ждёшь от меня извинений? — подобрался он, не сводя с меня взгляда.
В тусклом отсвете лампы, бросающей пятно жёлтого света на стол, его глаза казались темнее и приобрели загадочную прозрачную глубину. Я мысленно отругала себя за то, что его рассматриваю.
Это все игра света и тени. А он все тот же невыносимый избалованный мальчишка с дерьмовым характером. Моя главная головная боль, тяжкая крестяга в новой жизни. И вообще. Чтобы я повелась на смазливую мордашку?! Я не Иви, это ей по наивности простительно.
— Нет. Но если мы здесь ради этого...
Извинения нужны вовсе не мне. К чему? На них ничего не купишь. Ему самому нужны, чтобы вина не такой тяжёлой стала. Если ее передо мной чувствует, вину.
— Я просто надеялся, что придёшь. Если бы не пришла, мне было бы совсем одиноко.
А ведь он и вправду здесь совсем один. И Бетани притащил именно поэтому, пусть и пытается доказать, что из вредности. Чтобы кто-то был рядом, кто-то из того общества, к которому привык. Где он наверняка всем нравился и где от него ничего особо не требовали.