Автор
Я стою перед дверью кабинета Демида, волнуясь о правильности момента для моего первого шага. Его отдаленность и холодность уже стали нормой, он вычеркнул меня из своего мира. Эти бесконечные месяцы прошли как одна долгая тень.
Похоже, «Чума на его голову (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
По крайней мере, вдвоем мы всегда сможем с ним пошушукаться и отвести душу, если станет совсем уж сложно переваривать общение со всеми этими «сливками общества».
Кошмар!
А ведь раньше я так гордилась тем, что легко ладила с людьми. Я не боялась выступать перед скептически настроенным правлением целой кампании, но, однозначно, страшилась какой-то вип-вечеринки.
Да чтоб их всех!
Меня обуяла злость. На себя, а еще больше – на Демида. Я – взрослый, самостоятельный человек, у меня есть свои права. И мне нечего и некого бояться.
Дав себе мысленную установку, поднялась в спальню и, переодевшись в халат, уселась перед зеркалом. Желания читать или смотреть телевизор не было, я просто сидела и разглядывала свои волосы в отражении, вертя в руках расческу.
Когда в дверь постучали, думала, что это Людмила пришла поболтать, поэтому, не оборачиваясь, крикнула:
– Войдите!
И чуть не грохнулась с банкетки, увидев в зеркале Демида. Без труда прочитав изумление на моем лице, он криво усмехнулся:
– Судя по лицу, ты ожидала Артема?
– Нет, я решила, что это твоя мама, – поправила без улыбки.
– Я пришел извиниться, – Демид прикрыл дверь и прислонился к ней спиной. – Я не имел права выплескивать на тебя свое плохое настроение.
– У тебя плохое настроение? – я действительно удивилась. – Но почему? Ведь завтра у тебя важный день.
– Разве?
Демид качнул головой и развернулся к выходу. Боясь, что он сейчас уйдет, подскочила следом.
Может, я вновь придумывала то, чего нет, но мне казалось, будто он впервые в своей жизни молча взывал ко мне о помощи, а я не знала, как поступить."
"– Конечно, Демид, – произнесла уверенно. – Помолвка – важный шаг. Она означает, что ты вручаешь свою жизнь женщине, которую любишь. Помолвка – это как жест верности, своего рода обещание.
– А что, если я не могу дать такого обещания? – спросил он вдруг.
– Тогда тебе не следует обручаться, – выпалила, нахмурившись.
Ответ Гадарова настолько ошеломил, что я зависла в размышлениях. Он же никогда не был кобелем и донжуаном, кто менял женщин, как перчатки. Ну не могла же я не знать его до такой степени.
– Ты все выдумываешь! – тыкнула в него пальцем, намереваясь вывести на чистую воду. – Используешь очередную уловку, чтобы завтра сбить меня с толку.
