Особняк на острове Синэ выделялся среди прочих, как центр тьмы и роскоши в окружении королевского Канала. Высокие стены и колонны из темного мрамора создавали ощущение неукоснительной власти, а широкий балкон смотрел на Королевский Канал в потустороннем великолепии. Внутри ждала нас своя интрига — мир между роскошью и тайным подземельем дракона....
Все еще в сознании, прочла в глазах подошедшего несмайра – одутловатого, с синевой под черными, полными ненависти глазами, – свой смертный приговор, но тут…
– Живой! – резко заявил ему тот, кто все время стоял в стороне, не спеша ввязываться в схватку. – Девка нужна мне живой. Бери ее, и уходим!
Маг с впавшими щеками и кругами под глазами послушно вскинул руку, и тогда мир померк уже окончательно.
* * *Жизнь мне все-таки сохранили, и я вынырнула из темноты бессознательного, со стоном втянув в легкие воздух, не понимая, где очутилась.
В ней раскалывалась от жуткой боли голова, язык распух, словно пила я последний раз вечность назад. Свет болезненно резал по глазам, и я заморгала, силясь превозмочь боль и еще вспомнить, что со мной произошло.
Вспомнила.
До этого была битва – вернее, бойня, – на пешеходном мосту в квартале Дордаун, закончившаяся для меня позорным пленением. Но я понятия не имела, выжил ли рухнувший в канал Гроер, что стало с Исабель и Россом, и откусил ли голову тому магу Чешуйчик.
Зато я точно знала, что мне сохранили жизнь по приказу здоровенного мужчины в капюшоне. Возможно, того самого, с кем я однажды столкнулась в кондитерской «У Екаба».
Быть может, именно он восседал за массивным письменным столом, разглядывая меня с выражением брезгливого интереса?
В тот раз, в кондитерской, лица его, спрятанного под капюшоном, я так и не рассмотрела, зато фигуру и жесты изучила вдоль и поперек.
Вернее, жизнь мне сохранили по его приказу.
Правда, судя по мерзкому привкусу во рту, со мной особо никто не церемонился – сперва вырубили боевым заклинанием из магии несмайров, проделав дыру в Щиту. Затем погрузили в стазис, после чего довольно грубо из него вывели, и теперь я страдала от головной боли и частичной потери ориентации – побочными последствиями подобного обращения.
Но уже почти пришла в себя.
"Обвела взглядом полутемную комнату с зашторенными черным окнами – свет давали несколько магических светлячков под потолком. Затем, снова поморгав, посмотрела на двух стражей, застывших возле дверей и не спускавших с меня глаз, готовых прийти на помощь по зову своего главаря, если я начну дурить. После этого посмотрела на крупного седовласого мужчину, одетого во все черное, с властными чертами лица, глазами-маслинами и большим ртом.
