— Да, ты прав, ты мне дарил ту теплоту, которую мне не мог дать наш отчим. Ты мог накричать на меня, но не как отчим. Он это делал для того, чтобы я испытывал перед ним страх. Страх, который у нашего отчима приравнивался к уважению. Нет, ты кричал на меня по делу и потом через полчаса, ты подходил ко мне, нежно обнимал меня, и затем старался объяснить мне, какие последствия могут следовать за теми или иными моими поступками.
— Ты только что сам ответил на свой вопрос. Я отчасти вёл себя как наш отчим, но при этом давал тебе ощущение лёгкости в жизни. Из-за этого ты тянешься ко мне. Ты со мной спал с самого начала и наш пьяный отчим был не против этого. Я ж был немногим взрослее, чем ты и в постели придерживался исключительно активной роли.
— Именно поэтому ты меня и отвергаешь Игорь? Ты считаешь, что я не люблю тебя, а просто верю, в ту идеальную иллюзию, которую сам себе придумал. Что лучше тебя в моей постели никого не было. Да и вообще ты был у меня первым мужчиной.
— Да, можно сказать и так, дорогой мой. Поверь мне, я не хочу тебе портить твою жизнь. Ты должен научиться любить других и позволять себе жить!
Сергей почувствовал себя как зверь, загнанный в угол. Он получил ответ на свой вопрос, но теперь у него в груди появился страх.
— Игорь, у тебя сейчас кто-нибудь есть, девушка например или парень?
— Серёжа, я давно уже научился не обращать внимания на влюбчивых девиц, — засмеялся дядя Игорь. — Некоторые способны влюбиться во всякого мужчину моложе сорока, а если он крепок телом и ему нет тридцати пяти, в него, как правило, влюблены все. Но откровенно соблазнить меня пытаются не только девицы, но и парни. Кстати, у меня уже есть один смазливый паренёк, так что это ещё одна из причин моего отказа.
— О чём бы я тебя не спросил, ты не даёшь мне ответа начистоту. Почему так? — спросил Сергей. Затем он подошёл к дяде Игорю, положил ладонь ему на грудь.
Дядя Игорь улыбнулся Сергею и поцеловал его в щёку.
Сергей принял этот жест дяди Игоря как призыв и резко сорвал с дяди Игоря шёлковую сорочку, а затем рванул резко за пояс на брюках. Пуговица отлетела в сторону, и брюки соскользнули наземь. Дядя Игорь отбросил их ногой и стоял, точно неподвижная статуя.
