Автор
В холодном зале школы, Ира чувствует себя зачарованной, словно в навыворотном мире: реальность перевернулась под ногами учениц. Они держат друг друга за руки, хотя страх и ослепляет ярким светом экранов камеры. Ленка уже готовится к следующей съемке, а Ира пытается унять тряску рук — как будто она сама виной всему....
Людей, восседающих за ним, Ирина узнала сразу. Бабушки Славика: Клавдия Олеговна Красницкая и Светлана Юрьевна Макарова. Их она отлично запомнила еще со времен встречи в ресторане. Еще двух молоденьких девиц, составляющих им компанию, видела впервые. Но стоило приблизиться к ним, как во всей красе прочувствовала мощную волну зависти и неприязни, скрывающуюся за приветливыми улыбками этих размалеванных сучек.
Интуитивно решив держать с ними ухо востро, она притормозила следом за Васелиной Анатольевной, которая принялась представлять ее окружающим:
— Дамы, познакомьтесь! Ирина Синицына, одноклассница Вячеслава!
Все, как одна, манерно поприветствовали гостью.
Вскоре, поцокав языком, женщина подытожила свои наблюдения:
— Невероятно! Надо же было так уродиться? Ты прямо копия Антонины!
Ирину передернуло от неожиданного сравнения с бабушкой по отцовской линии.
— Только внешне! — отрезала холодно, совершенно не ожидая от себя подобной резкости. В голосе звучала самая настоящая сталь. — Внешне!
Прищурившись, Клавдия Олеговна отрицательно покачала головой.
— Как бы сильно тебе этого не хотелось, дитя, но своим характером и темпераментом ты все же обязана бабушке! Это очевидно, ты — ее наследие!
Незаметно вцепившись дрожащими пальцами в край белоснежной скатерти, Синицына смяла в кулаках нежную ткань, пытаясь успокоиться.
— Уверяю, у меня лишь одна бабушка! И это точно не Антонина Ильинична!
— Столь категорична в таком юном возрасте?
— Да! Почему нет?
— Действительно! — отозвалась женщина, будучи словно впечатлена ее стойкостью.
— В каком…
— Извини за бестактность, не мое это дело!
— И Вы меня извините! — потупила взор. — Не знала, что Вы с ней… знакомы.
— Милая, в наших кругах все друг друга знают! Так или иначе!
Улыбка, полная грусти, отпечаталась на лице Клавдии Олеговны, когда она заметила кулон на шее Ирины. Женщина изучала украшение не менее минуты и вдруг внезапно прослезилась.
