Автор
В холодном зале школы, Ира чувствует себя зачарованной, словно в навыворотном мире: реальность перевернулась под ногами учениц. Они держат друг друга за руки, хотя страх и ослепляет ярким светом экранов камеры. Ленка уже готовится к следующей съемке, а Ира пытается унять тряску рук — как будто она сама виной всему....
А после вдавил девушку в стену, зафиксировал в таком положении своим мускулистым телом, и замер, пожирая бывшую одноклассницу совершенно нездоровым ошалевшим взглядом:
— Знать бы раньше…
Ирина испуганно всхлипнула, дрожа от волнения всем телом, и отчетливо чувствуя сквозь тонкую ткань купальника, как в нее упирается что-то большое. Невероятно горячее. И до безумия жесткое.
«Оу! Похоже, сейчас кто-то тверже самого гранита!»
От этой мысли кровь ударила в голову. Во рту пересохло.
«О, Боже! Боже… он меня, правда, хочет! На самом деле! А… а я?»
— Знать бы раньше что? — переспросила Синицына, отчаянно цепляясь за последние крохи самообладания.
Парень отрицательно замотал головой и забормотал нечто очень странное, осыпая жалящими поцелуями ее шею:
— Я лучше, глупая! Неужели не видишь? Я — лучше!
— О чем…
— Лучше! — ревностный укус в область ключицы. Сильный. Оставляющий отметины на коже. — Лучше… во всем! Доказать?
Она кивнула машинально, не подумав. Прикусив от волнения щеку изнутри.
— Я так сильно…
Не закончив фразу, Красный просто вжался в нее своим напряженным пахом и мучительно зашипел от наслаждения, граничащего с помешательством.
Да, им все еще мешала одежда: ее купальник и его плавки.
Но, черт возьми, как же остро ощущалось это прикосновение!
Интимное. Чувственное. Порочное.
Предательский стон вырвался наружу:
— Слава…
— …хочу тебя!
«Ну, все! Это финиш!»
С трудом понимая, что творит, девушка сама жадно прильнула к губам Вячеслава. Зажмурившись, он рефлекторно толкнулся в ее промежность.
Скользнул по ткани вверх-вниз. И Ира задохнулась от нового, невообразимого ранее спектра ощущений. Осмелев, лизнула уголок его рта и тут же, услышав над ухом одобрительный рокот, переключилась на мощную шею."
"Последовало очередное скольжение. Более настойчивое. Более жесткое и ощутимое. Сопровождающееся громким утробным обоюдным шипением.
Синицына мертвой хваткой вцепилась дрожащими пальцами в плечи Красницкого и в момент нового поступательного движения (не иначе как обезумев окончательно и испытывая при этом странное удовольствие) прикусила мочку его уха.
Молодой человек начал вдруг задыхаться, до боли стиснув Ирину в своих стальных объятиях. Да так сильно, что воздух мигом вышибло и из ее легких. Вскинув голову и громко скрипнув зубами, он гортанно застонал в потолок. Все его мышцы превратились в камень, а тело скрутило в мощной… судороге?
Это длилось недолго. Меньше минуты.
