Автор
В утренних сумерках автобус Говорова остановился неподалеку от заброшенного детского дома, и сразу же он был окружён вооруженными мальчишками. Внутри кабины происходило оживленное общение: "Стой! Пароль!", сопровождаемое жестами и неуклюжими взмахами автоматов. Здесь каждый знал свою роль, каждое движение было строго учтено, как будто мир в этой части города вымер....
Похоже, «Чужая дочь» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Девочка еще мала, она не распознает лжи и фальши. А Тася видит Маргариту насквозь… Но до чего же нестерпимо слышать снова и снова восторженный, полный любви Лилин голос!
Тася ушла с крыльца.
– И я тебя очень люблю! – как можно громче выкрикнула Маргарита, не сомневаясь, что ее голос слышен в распахнутое кухонное окно. – Идем. Костя, догоняй!
– Дай я понесу! – бросилась Лиля к брату, забирая у него пакет с цветком.
Костя, снисходительно усмехнувшись, отдал. На самом деле он ужасно соскучился по дому, по Лильке, даже на «толоконный лоб» не обиделся, но показывать этого не собирался.
Тем временем Варвара месила тесто, словно боролась с лютым врагом, да поглядывала на Тасю, которая и думать забыла о пирожках и бесцельно бродила по кухне.
Наконец тяжело рухнула на табуретку.
– Пора тебе за ум браться, девка, – пробормотала Варвара. – Сживет тебя Маргарита Васильевна со свету! Кто же захочет брошенкой-то ходить?
Тася подняла голову, тупо глядя на Варвару:
– Ты это о чем?
– Ну ладно дурочку-то строить! Видала я все! – заявила Варвара.
Тася вздохнула, отвела глаза, но раскаяния не было ни в лице, ни в голосе:
– Плохо ему, Варвара. Очень плохо в последнее время.
– Что, он сам тебе про это сказывал? – съехидничала Варвара.
– Тут и говорить не надо, – Тася поднялась. – Видно по глазам его. А ты видела, сколько у него седых волос появилось?
– Дурища! – простонала Варвара.
Тася печально улыбнулась:
– Я его давно люблю. С фронта еще.
И пошла из кухни, оставив ошарашенную Варвару над забытым тестом.
* * *То, что впереди разговор с женой, и разговор непростой, Михаил Иванович, конечно, знал. Только никак не мог решиться его начать и упрекал себя за это. Однако, обнаружив Маргариту в своем кабинете, даже обрадовался: ну вот и отлично, если не гора к Магомету, то, само собой, он к горе.
На столе он увидел бутылку какого-то незнакомого, явно иностранного напитка.
– Это что?
– Кальвадос, – пояснила Маргарита. – В подарок тебе.
– Спасибо…
Видимо, этой безумно дорогостоящей, добытой из-под какой-то неведомой полы выпивке предстояло смягчить его? Ну и кем же это родная жена его считает?! Алкоголиком, которого можно так просто улестить?..
