Автор
Новая книга Александры Марининой "Чужая маска" возвращает читателей к тонкому и непредсказуемому драматургическому сюжету, проплеску эмоций и неизбежности человеческих ошибок. В книге царит напряженная мрачная атмосфера, как в фильме ужасов, но затейливая детективная линия заставляет кровь стыть от предвкушения переплетений и загадок.
Вы хотите прямо сейчас посмотреть фильмы?
– Если вы не возражаете. Я мог бы попросить их у вас и посмотреть дома, но мне придется задавать вам вопросы о тех людях, которые попали в кадр. Может быть, мне удастся что-нибудь нащупать.
– Хорошо, – вздохнула Наталья, но Стасов видел, что энтузиазма его предложение не вызвало.
Они уселись перед телевизором и стали просматривать пленки.
– Это мы в Испании, – комментировала Наталья. – Это на пляже, а это бассейн в нашей гостинице. Это мы вечером ходили пить кофе на набережную…"
"Стасов оценил вкус Евгения Досюкова – гостиница была из дорогих, построенная с умом и с заботой об отдыхающих. Он с интересом рассматривал Досюкова, отмечая жесткое неулыбчивое лицо, резкие движения, холодный взгляд. Вот он сидит в кафе, на нем шорты и простая белая майка, подчеркивающая коричневый загар. Пьет что-то из высокого стакана, в руке сигарета, зажатая между фалангами указательного и среднего пальцев. Вот еще сцена, на которой Досюков курит, и снова сигарету он держит совсем не так, как описывал свидетель Пригарин. Странно. Что же получается, на людях у него одни манеры, а когда никто не видит – другие? И такое бывает.
– Наталья Михайловна, какие сигареты обычно курил ваш муж?
– «Кэмел». Ничего другого он не признавал.
– Сколько времени вы знакомы?
– До ареста было четыре года. Сейчас уже пять.
– И все это время он курил только «Кэмел»?
– Да. А в чем, собственно, дело?
– Он вам никогда не рассказывал, что было время, когда он курил сигареты без фильтра?
– Нет, – покачала головой Досюкова. – Такого не было. То есть он не рассказывал. А было или нет, не знаю.
– Еще вопрос, Наталья Михайловна. Он может показаться вам странным и даже оскорбительным, но я прошу вас не обижаться и ответить.
– Конечно, спрашивайте.
– Арест вашего мужа в связи с убийством Бориса Красавчикова был его первым столкновением с милицией? Или ему приходилось и раньше подвергаться задержаниям и арестам? Может быть, в юности, когда он еще был несовершеннолетним?
– Нет… – Она растерянно посмотрела на Стасова. – То есть… я не знаю… Он не рассказывал. А почему вы про это спрашиваете?
– На всякий случай, вдруг пригодится. Если я провожу расследование в интересах вашего мужа, то должен знать о нем как можно больше.
Стасов не смог бы объяснить в тот момент, почему он не стал рассказывать Наталье о показаниях Владимира Петровича Пригарина. Не стал, и все.
Теперь на экране телевизора появился Биг Бен и здание английского парламента.
