Автор
Новая книга Александры Марининой "Чужая маска" возвращает читателей к тонкому и непредсказуемому драматургическому сюжету, проплеску эмоций и неизбежности человеческих ошибок. В книге царит напряженная мрачная атмосфера, как в фильме ужасов, но затейливая детективная линия заставляет кровь стыть от предвкушения переплетений и загадок....
Ведь труп не был спрятан особо тщательно и, если его нашли только сейчас, стало быть, сюда за два месяца никто почти и не заходил. А коль не заходил, то, может быть, еще валяется где-нибудь на полу какая-нибудь мелочь, оброненная убийцей. Но искать эту мелочь Юра сможет только тогда, когда там не будет разлагающегося трупа пятнадцатилетней девочки.
* * *Сдав в десять часов дежурство, Коротков поднялся на свой этаж и первым делом сунулся к Каменской.
– Аська, спасай! – взмолился он, вваливаясь в ее комнату и усаживаясь на свободный стол у окна.
– Мне не будет стыдно, – ответила она, не поднимая глаз от бумаг, плотным слоем устилавших стол. – У меня чувство стыда атрофировалось еще в те далекие времена, когда ты заиграл у меня коробку с сахаром.
– Ну, Ася, – заныл Коротков. – Ну, не вредничай.
– Отвяжись, Юрка. Что ты как маленький? Не знаешь, как воду вскипятить? Налей из графина в кружку, включи кипятильник, насыпь туда кофе и не дергай меня, ради бога.
– Подумаешь, одним больше – одним меньше, – философски заметил Юра, глядя куда-то в пространство.
– Ты что, собственно, имеешь в виду? – подозрительно спросила Настя. – Ты опять мне какую-нибудь гадость принес?
– Ага. Ась, ты только не нервничай, ладно? Мы сегодня ночью труп обнаружили, девушка пятнадцати лет, школьница. На нее уже полтора месяца розыскное дело ведется в Западном округе, я созвонился с парнем, который этим занимался, попросил его подъехать сюда.
– Чтоб ты пропал, Коротков, – в сердцах сказала она. – У меня совсем другие планы, между прочим. Или ты сам собирался беседовать с этим парнем?
– Нет, – честно признался он. – Я на тебя рассчитывал. А какие у тебя планы?
– Ехать к доктору, который принимал роды у Галины Ивановны Параскевич.
– Да? А что доктор?
– Видишь ли, Галине Ивановне делали кесарево сечение, а это обычно бывает связано с разными заболеваниями у роженицы.
– И ты что же, рассчитываешь, что врач, принимавший роды двадцать восемь лет назад, что-нибудь вспомнит? Ася, я тебя не узнаю.
– Ни на что я не рассчитываю, Юрка, я просто добросовестно выполняю весь комплекс необходимых действий, чтобы потом никто не смог меня упрекнуть в том, что я чего-то не сделала.
