Автор
Новая книга Александры Марининой "Чужая маска" возвращает читателей к тонкому и непредсказуемому драматургическому сюжету, проплеску эмоций и неизбежности человеческих ошибок. В книге царит напряженная мрачная атмосфера, как в фильме ужасов, но затейливая детективная линия заставляет кровь стыть от предвкушения переплетений и загадок....
Даже если окажется, что подмена была и в роду у его настоящих родителей сплошь псих на психе, посмертная судебно-психиатрическая экспертиза не даcт того ответа, который может быть с уверенностью положен в основу постановления о прекращении предварительного следствия по делу о смерти от огнестрельного ранения. Поймите это, дети мои. Я ценю ваш пыл и энтузиазм, но не надо переоценивать вес такого экспертного заключения. Все время помните о том, что вас могут обманывать, что никакого самоубийства не было, а подлинный убийца глядит на вас из-за угла и мерзко хихикает.
– Есть собственноручно написанное Людмилой Исиченко признание в том, что Параскевича застрелила она, – начала перечислять Настя.
– Исиченко производила впечатление больного человека, и вопрос о ее вменяемости пока открыт, – заметил Гордеев. – Цена этому признанию пока неизвестна. Не считается.
– Есть заключение экспертов о том, что на одежде, указанной Исиченко, имеются следы пороха.
– Годится. Загибаю один палец.
– Есть показания Исиченко о том, где лежал пистолет, и заключение экспертов о том, что в указанной ею коробке действительно находилось оружие. И сама коробка найдена там, где указала Исиченко.
– Два. Дальше.
– Показания Исиченко о том, кого она видела, пока ждала Параскевича, совпадают с действительностью.
– Принимаю, но условно. Ладно, три. Что еще?
– Показания вдовы Параскевича о том, что у него были причины для глубокой депрессии.
– Пока нет заключения филологов, не считается.
– Есть показания родственников Исиченко и самой Светланы Параскевич, из которых следует, что Людмила была, что называется, зациклена на Леониде и он пользовался огромным влиянием на нее. Ведь она даже завещание в его пользу составила. А сама формулировка завещания говорит о том, что автором книг действительно является не Леонид, а Светлана. И либо Исиченко об этом знала, либо формулировку ей подсказал Леонид, пользуясь своим неограниченным влиянием на нее и умея заставить ее делать то, что он скажет, не задавая вопросов и не возражая.
– Ну что ж, дети мои, улик много, но в основном – косвенные. Прямая улика только одна – следы пороха на одежде Исиченко. Все остальное – улики поведения и вопросы осведомленности.
