В тени подгоревшей кровати лежит куколка, усыпанная пеплом и отсветившая черными лоскутками. Снежный накройщик с год назад обнажен, но даже в холоде воздух еще держит огонь. Тайлер — зовут его так за цвет волос своей невесты. Она светлая среди темного пепла, и в этот момент он задумывается над хрупкостью жизни и природой смерти....
Где она?
Я смел орехи на пол, и они запрыгали по дощатому полу.
— Достал, Ярс. Я уже их жрать не могу!"
"Ярс невозмутимо пожал плечами.
— Ну, знаешь, мейстер Шоах заказывает из города только орехи.
Что-то новенькое! Откровение от Ярса. Я аж голову приподнял от подушки.
— Ты перехватываешь поставки для препода?
Ярс расхохотался, заставив и меня улыбнуться.
— Ярс, зараза! Хорош ржать! Больно смеяться!
— Так не смейся! Видел бы ты свою рожу. Лежит, страдает.
— Отвали!
— Или ты для Аль готовил физиономию. Чтобы она зашла и сразу рухнула на пол у твоих ног, лобзая твои хладные члены... А-а! Бездна! Смотри-ка, ожил!
Орал он, уже лежа на полу, куда я его опрокинул, дернув за ножку стула. Плечо теперь горело огнем, но я чувствовал мрачное удовлетворение.
— Я про руки твои, дубина! Или у тебя еще что-то имеется во множественном числе?
— Ноги! — буркнул я и все-таки не выдержал, спросил: — Где Алейдис?
Ярс остался сидеть на полу.
— Ей запретили приходить. Ну и, согласись, было бы странно, если бы тебя навещала девушка, за связь с которой тебя и выпороли. Вы, блин, оба идио…
Я дотянулся и съездил Ярсу по макушке. И, наверное, окончательно разбередил раны, потому что Ярс хмуро посмотрел на мою спину.
— Придурок. Тайлер! Ты хоть понимаешь, что тебя теперь отправят на Север.
Я пожал плечами — вернее, попытался — скривился.
— Не меня одного. Легко отделался. Повоюю и вернусь.
Вслух я этого не сказал, но после слов Лэггера на суде я был уверен, что он запорет меня до смерти. Как бы Алейдис пережила вторую смерть, произошедшую у нее на глазах? Поэтому я попросил не смотреть.
Но вот он я — живой, почти невредимый: шкура зарастет. Будущая же служба на границе меня вовсе не пугала. Если бы я знал, как в этом году все повернется, не стал бы писать рапорт на должность эфора и сам бы напросился на Север, как Нарлис или Тронт.
Единственное, что глодало, это разлука с Аль. Но я уеду не навсегда — разберемся с Прорывами, а мы разберемся! — и вернусь доучиваться. Главное, что она останется в безопасности под защитой стен Академии. Ведь так?
Я приподнялся на локтях, пронзенный мыслью: дар ткача можно проверить только на границе.
