Автор
Насладитесь дыханием огненных драконов и сердец юных влюбленных Лира и Асмунда. В мире, где знаки и заклятия могут свернуть судьбу, героям предстоит решить, на чьей стороне истинная любовь или страшные обещания древних магов.
– Постель разобрана. Как я понимаю, было жарко? Ты её в шкафу спрятал? Или в алькове? А может, она наводит красоту там?
Когти на руках моей жены удлиняются, она делает шаг к двери, ведущей в купальню. Полог тишины её не остановит. И я опускаю настоящий щит.
Делина отшатывается."
"– Вот, значит, как? Ты требуешь от меня, чтобы я не порочила твоё имя связями на стороне, а сам в открытую водишь к себе девок?
«Дорогая, это не то, что ты думаешь», – избитая фраза так и вертится на языке. В ней всё правда, кроме слова «дорогая».
– Если ты придержишь свой болтливый язык, то едва ли это выйдет за пределы данной комнаты, – спокойно говорю я, хотя внутри всё кипит.
Внутри себя я уже принял решение отправиться на помолвку и прямо сегодня же переговорить с королём Ингваром насчёт расторжения брака.
Что если я не встречу свою пару ещё лет сто или двести? Я должен всё это время терпеть рядом с собой эту женщину?
– Тебе пора, Делина, возможно, вечером я всё-таки появлюсь у Айварса.
Третий раз призываю Вирта и поручаю ему проводить гостью до портала.
Оставшись один, некоторое время меряю шагами спальню. Кое-что меня тревожит. Когда я ставил щит перед Делиной, я не почувствовал тонких вибраций полога тишины. Если он исчез, то в какой момент? И кто его снял?
Что за день такой? Пытаюсь унять раздражение. Неужели это сделала Лирианна? Ни за что не подумал бы, что маг её уровня способен на такое, если бы не её сегодняшнее проникновение сквозь все барьеры. Если всё-таки она, то это выходит за все рамки.
Ну всё, моему терпению пришёл конец. Сейчас я эту девчонку отправлю к её родителям, и пусть Айварс сам разбирается.
Открываю дверь в купальню и застываю на пороге. Всё раздражение словно волной смывается.
Лирианна сидит в дальнем углу, сжавшись в комочек и зажав руками уши, маленькая, трогательная и беззащитная.
«Моя», – неожиданно говорит Аргус.
Чуть не споткнулся на ровном месте. Померещилось? Аргус оскорблённо фыркает, но больше ничего не добавляет.
Нет, глупости, не может быть. Она не в том возрасте, чтобы Аргус мог определить наверняка.
Сажусь на корточки, осторожно обхватываю тонкие запястья и отвожу руки Лиры в стороны. Уступает, но так и сидит, нахохлившись и зажмурившись. Изящные ушные раковины покраснели, как будто она изо всех сил их тёрла. Похоже, она всё-таки не хотела подслушивать.
Как же от неё вкусно пахнет. Запах малины кружит голову.
