Жизнерадостная весна ярко зажглась в небе, окружая меня мягким теплом. Солнце медленно скользило по горизонту, оставляя россыпи солнечных зайчиков на лужице близ старого вяза. Тарен привлекательно сидел рядом, касаясь моего плеча невесомой рукой, и я чувствовала себя необыкновенно комфортной и свободной среди заботливых мглистых лучей.
Любая мечтает оказаться на твоем месте.
– Но я не хочу! – В голосе Нимы было столько боли и отчаяния, что у меня по спине побежали мурашки.
Я обхватила себя руками. Бедная девочка. Одна против тирана. Но не сдается.
– Возможно, твое сердце занято кем-то другим? – Нима молчала. – Говори! – Рявкнул Мориган, заставив вздрогнуть нас обеих.
Девушка кивнула. Император нахмурился.
– И кто он? – голос стал ледяным. Нима продолжала молчать. – Скажи, не бойся. – Уже гораздо мягче проговорил тиран. – Я ценю взаимную любовь. Это то, что даруют нам Боги. То, ради чего стоит жить. Ведь твоя любовь взаимна?
Нима неуверенно кивнула.
– Это кто-то из драконов?
– Нет, – еле слышный шепот раздался в ответ.
– Тогда кто? – не сдавался Мориган. – Скажи, и я отпущу тебя.
Нима недоверчиво уставилась на императора. По лицу того растеклась дружелюбная улыбка. Но я видела, насколько она фальшива.
– Это гончар из моей деревни.
Мориган резко выпрямился, его лицо потемнело. А потом он расхохотался. Громко и мерзко.
– Гончар? Ты променяла меня на гончара?
– Мы любим друг друга, – Нима задыхалась от слов. – Отпусти, ты обещал.
Мориган хмыкнул, отступил на шаг, заложив руки за спину.
– Понимаешь ли, Нима. Может, я бы и отпустил тебя, если бы это был кто-то из драконов. Из благородных, достойных семей. Но ведунья и гончар – это нелепо.
– Закон такого не запрещает.
– Закон нет. Но я не потерплю, чтобы меня променяли на какого-то гончара. – Мориган снова рассмеялся, словно это была забавная шутка. – Я пытался быть мягким. – Продолжил он, когда резко оборвал собственный смех. – Но ты вынуждаешь меня применять другие методы. Если ты откажешься быть моей, я найду его и убью. Понимаешь?
– Нет, прошу… – Девушка снова начала трястись, по лицу с новой силой побежали слезы.
– Просто будь моей.
– Нет. Не хочу. Не хочу. Не буду.
Нима трясла головой, повторяя одно и то же. У нее началась истерика.
В этот момент мужчина, который притащил ее и стоявший все время рядом, презрительно усмехнулся и шагнул к ней.
– Слабая, глупая девчонка, – сквозь зубы процедил он. – Да как ты смеешь отказывать моему брату? – Он рывком поднял ее. Нима починилась, словно безвольная кукла. – Да такие, как ты, должны отдаваться по первому требованию. Зачем, он вообще тебя спрашивает?
– Нет, не трогай меня! – ее отчаянный крик отразился эхом от стен.
Но мужчина не слушал. Он начал стягивать с нее платье.
– Сейчас ты будешь его! Прямо здесь!
Могиган не вмешивался, холодно наблюдая.
