Автор
В Нью-Йорке весной 1890 года, где каждый днем становится строже и холоднее. Леди Агата Уайт с тревогой ждет посадки на поезд в Бигглсуорты — родные деревнях маркиза Коттона, который не мог выйти замуж из-за некрасивой семейной истории. Анри Арно, молодой адвокат, берется помочь с организацией свадьбы, вдохновленный решимостью невесты и стремлением ее семьи создать образцовый брак после неудачного прошлого....
Тебя это устраивает, Летти?
Она с презрением посмотрела на него. Он слегка хлопнул ее по подбородку.
— Я так и думал.
Гости Аттикуса разъехались. За балконными дверями в саду благоухала теплая ночь.
Прекрасный вечер. В такой вечер хотелось ухаживать за женщинами, что, как полагал Аттикус, и делал Эллиот после исчезновения из дома. Он думал, что сын уехал вслед за леди Агатой. Но возможно, он ошибался, потому что Эллиот отсутствовал недолго.
Когда Мэри шепнула ему, что сэр Эллиот вернулся, профессор ожидал, что тот присоединится к гостям.
— Жаль, что леди Агата почувствовала себя плохо, — осторожно начал Аттикус.
— Да. — Эллиот остановился.
— Она не производит впечатления женщины слабого здоровья.
— Нет.
Аттикус знал своего сына. Тот отличался гордой замкнутостью. Он никогда не жаловался, не рассказывал о cвоих проблемах и скрывал свои чувства.
— Эглантина сказала, что леди Агата была слишком усерд. на, так старалась закончить приготовления к свадьбе до своего отъезда. Без сомнения, этим объясняется ее нездоровье
— Уверен, что ты прав, — пробормотал Эллиот, вглядываясь невидящими глазами в темноту.
— Ты ездил узнать, как она себя чувствует? — тихо спросил Аттикус. — Надеюсь, с ней все в порядке? Эллиот, нахмурив брови, посмотрел на него.
— Простите, сэр. Что вы сказали?
— Как ты нашел леди Агату?
— С ее женихом.
Аттикус, собиравшийся что-то сказать, забыл закрыть рот. Сознание, что их предали, оглушило его. Ни своим поведением, ни словом, ни намеком леди Агата не давала повода предполагать, что она помолвлена. Как эта женщина посмела так жестоко и равнодушно играть чувствами Эллиота? Как посмела притворяться свободной?
— Бог мой, Эллиот.
— Это никому не приходило в голову, — медленно произнес Эллиот. — Никому.
— Эллиот,. — заговорил Аттикус, но сын взял со стула брошенное на него пальто.
Я съезжу в деревню, — сказал он. — Не жди меня, ложись спать.
* * *— Мы не можем допустить, чтобы Спаркл ограбил Бигглсуортов.
