Я сидела в обветренном пространстве бывшего дома, ощущая ледяной холод и мысли, как гельминт — непереносимый ко всему. Вдруг вижу: мир изменился — отношения исчерпали свои права. Токсичные взаимодействия с матерью, работа, где змеиный трёхголовый дракон топтался над мною, и брошенные страстные отношения с Петром, что прервались из-за его наследства. Я убеждала Вери, мы просто нуждаемся в отключке друг от друга....
Похоже, «Чужая земля» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Но я даже не знала, хорошо это или плохо.
После завтрака – гуляла, после обеда – спала, промежутки занимала рисованием и вязанием. Выбор у меня был – акварель, гуашь, цветные карандаши. Отличного качества бумага. Я придумывала узоры для ковров, иногда простые, иногда – весьма причудливые. Повадилась вязать бессмысленные корявые чепчики и пинетки – в тумбе, которую оставила Сехмет, кроме красок и бумаги был еще ящик с разноцветными клубками и мотками. Вязать я толком не умела, посмотрев на корявые изделия я, как правило, распускала их и начинала снова.
И все равно мне было очень тоскливо – разговаривать я могла только с Баськой. Эта бесстыжая морда опять круглилась в очередной беременности. И ходила со мной на прогулки и постоянно выпрашивала у меня амбросы. Иногда даже ухитрялась съесть целый плод. Сперва я опасалась последствий для нее. А потом махнула рукой – животные гораздо тоньше нас чувствуют, что вредно, а что полезно.
Ощущение одиночества давило все сильнее…
Я не слишком поняла, почему мне не принесли книг. Ну, тогда, когда Сехмет мне сделала селедку с картошкой – ведь понятно же, что не сама готовила, а стащила со стола у кого-то. Скорее всего – у кого-то из России. Ну, может и не стащила, в прямом смысле, а просто скопировала. Не суть… Что мешало ей уходя оставить мне не только краски, нитки и бумагу, а еще и какие-нибудь справочники, книги, да хоть бы любовные романы! Сейчас я была бы рада и этому.
Все чаще вспоминался Имхотеп…
Я тосковала по Хасему – это можно было сказать честно. Не знаю, что он тогда наговорил этому Анубису, но ведь именно он, Хасем, получается, уговорил Анубиса забрать меня сюда. А ведь в нем нет крови Ра. Для него Анубис – самый настоящий бог. Думаю, Хасему было страшно, но в этом поступке – он весь. Цельный и нерушимый.
Мне не хватало незаметной заботы и привычной воркотни Амины, мне нужна была умница Хати, я хотела увидеть, как дела в ковровой мастерской, повозится с сыном Сефу, почитать отчеты Теней, узнать, как работает почта…
Я просто изнывала от безделья! Я хотела назад, в свой дворец, к своей семье! Иногда в голову приходили дурацкие мысли. А что, если меня уже все забыли? Ну, посадили кого-то править страной, дела сейчас должны идти нормально.
