Автор
Клэр Рэндолл переносится из XX века в 1743 год во время войны в Шотландии. Это событие меняет жизнь Клэр и Фрэнка, создавая новые обстоятельства для их отношений. Начинается восхождение к любви в необычных исторических декорациях.
Раздел Chitat.online для книги «Чужестранка. Книга 1. Восхождение к любви» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Клэр Рэндолл переносится из XX века в 1743 год во время войны в Шотландии. Это событие меняет жизнь Клэр и Фрэнка, создавая новые обстоятельства для их отношений. Начинается восхождение к любви в необычных исторических декорациях.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Клэр Рэндолл переносится из XX века в 1743 год во время войны в Шотландии. Это событие меняет жизнь Клэр и Фрэнка, создавая новые обстоятельства для их отношений. Начинается восхождение к любви в необычных исторических декорациях.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Я снова сделала реверанс – с большим, чем в первый раз, успехом – и удалилась на свое место, сопровождаемая любопытными, однако более или менее дружелюбными взглядами.
Вплоть до этого времени разбирались дела, в которых были в основном заинтересованы тяжущиеся стороны. Зрители потихоньку переговаривались, дожидаясь своей очереди. Мое появление вызвало общий более или менее оживленный интерес и, как мне показалось, было встречено одобрительно.
Но тут в холле началось возбужденное движение. Дородный мужчина выступил на площадку перед креслом Колума, таща за руку молоденькую девушку. Ей было на вид лет шестнадцать; личико хорошенькое, хоть и обиженно-надутое; длинные золотистые волосы перевязаны сзади голубой лентой. Она стояла одна на открытом месте, в то время как дородный мужчина, размахивая руками, что-то объяснял по-гэльски, время от времени указывая на девушку в подтверждение своих обвинений. Речь его сопровождалась негромкими репликами в толпе.
Миссис Фицгиббонс, уместив свои телеса на прочном табурете, с живейшим любопытством вытягивала шею вперед. Я наклонилась к ее уху и спросила шепотом:
Величественная дама ответила, почти не шевеля губами и не отводя глаз от зрелища:
– Ее отец обвиняет ее в недостойном поведении, в том, что она общается с молодыми людьми без его разрешения. – Миссис Фицгиббонс слегка подалась назад и продолжала: – Отец хочет, чтобы Маккензи наказал ее за непослушание.
– Наказал? Каким образом? – прошипела я как можно тише.
Все взоры устремлены были на Колума, который в свою очередь созерцал девушку и ее отца, обдумывая решение. Наконец он заговорил, переводя взгляд с одного на другую, хмурясь и жестко постукивая костяшками пальцев по подлокотнику кресла. Дрожь пробежала по рядам собравшихся.
– Он принял решение, – прошептала миссис Фицгиббонс, на этот раз без всякой необходимости – это и так было ясно.
Ясно было и другое – какое решение принял Маккензи: великан, который так заинтересовал меня в начале разбирательства, наконец-то сдвинулся с места и ленивыми движениями принялся расстегивать свой ремень. Два сторожа взяли девушку за руки и повернули спиной к Колуму и ее отцу. Она заплакала, но ни о чем не просила. Толпа наблюдала за происходящим с жадным любопытством, характерным для зрителей публичных экзекуций и свидетелей дорожных катастроф. Неожиданно из задних рядов раздался, перекрывая гул толпы, чей-то голос.
Все как один обернулись назад. Миссис Фицгиббонс еще сильнее вытянула шею и даже приподнялась на цыпочки. Я не понимала слов – человек говорил по-гэльски, – но голос узнала: глубокий и мягкий, он выговаривал слова, опуская конечные согласные.
В толпе открылся проход, и Джейми Мактевиш вышел на площадку.
