Джейми плавает как рыба, я сама видела, как он оставался под водой по три минуты. Поторопись. Мы должны обшарить берег.
Мы пробирались по берегу реки, спотыкаясь о камни и проваливаясь в ямы; исцарапали руки и лица о нависающие над водой ветки ивняка.
Наконец Дженни издала торжествующий крик, и я поспешила к ней, опасно балансируя на покрытых мхом камнях у самого края воды, в этом месте глубокой.
Дженни держала в руке ремень, связанный в кольцо. На ремне видны были с одной стороны следы крови.
– Он выпутался из этого, – сказала она, сгибая ремень.
Поглядела в том направлении, откуда мы пришли, – на громоздящиеся в беспорядке острозубые камни и скалы, на глубокие заводи и стремительные быстрины – и покачала головой.
– Как же тебе это удалось, Джейми? – негромко произнесла она как бы про себя.
Мы обнаружили участок примятой травы, неподалеку от края обрыва, где Джейми, как видно, прилег отдохнуть. Я нашла небольшое коричневое пятно на коре осины.
– Он ранен, – сказала я.
– Да, но может двигаться, – ответила Дженни, внимательно осматривая землю и переходя с места на место.
– Ты умеешь читать следы? – с надеждой спросила я.
– Я не слишком умелый следопыт, – ответила она, – но если я не разгляжу на сухом папоротнике следы такого крупного создания, как Джейми Фрэзер, значит, я не только глупа, но и слепа.
Достаточно заметная широкая полоса протоптанного папоротника тянулась вверх по холму и исчезала в густых зарослях вереска. Мы потоптались вокруг этого места, но ни еще каких-то следов, ни отклика на наши призывы не встретили.
– Он ушел, – сказала Дженни, присев на бревно и обмахиваясь, она была бледна, и я вдруг сообразила, что похищение вооруженного мужчины – не слишком подходящее занятие для женщины, которая родила меньше чем неделю назад.
– Дженни, – сказала я, – ты должна возвращаться. К тому же он мог вернуться в Лаллиброх.
Дженни замотала головой.
– Нет, он этого не сделает. Что бы ни говорил Макдональд, они так легко не отступят, ведь награда была у них, можно сказать, в руках. Если они его не поймали до сих пор, так это потому, что не могли. И они пошлют кого-нибудь следить за домом, непременно пошлют. Нет, дом – единственное место, куда он ни за что не пойдет.
Она подергала воротник платья. День стоял холодный, но Дженни немного вспотела, и на платье у нее на груди все шире становились пятна от подтекающего из сосков молока. Она заметила, куда я смотрю, и кивнула.
– Да, мне надо поскорее возвращаться. Миссис Крук кормит девочку козьим молоком и дает ей подслащенную воду, но ребенок не может дольше обходиться без меня, а я без него. Мне очень тяжко было оставлять дочку одну.