Одновременно я массировала вертикальные мышцы сзади на шее, чтобы ослабить напряжение. Дрожь наконец унялась, и его голова в изнеможении упала мне на бедро.
– Прости меня, – сказал он минуту спустя нормальным голосом. – Я не думал, что дойдет до такого. Все дело в том, что я очень измучился и к тому же чертовски пьян. Я просто потерял контроль над собой.
Да, если уж шотландец признает себя пьяным, значит, ему в высшей степени скверно!
– Тебе нужно выспаться, – тихо сказала я, все еще потирая ему шею. – Ты очень в этом нуждаешься.
Я говорила это, а сама поглаживала и слегка нажимала, как учил меня старый Алек, и в конце концов добилась, что Джейми начал дремать.
– Мне холодно, – пробормотал он.
Огонь в камине горел жарко, на постели лежало несколько одеял, и все же пальцы у Джейми были холодные.
– У тебя шок, – сказала я. – Ты ведь потерял очень много крови.
Я огляделась. Макраннохи давным-давно уже спали в своих постелях. Мурта, подумалось мне, все еще бродит по снегу и следит, не покажется ли погоня со стороны Уэнтуортской тюрьмы… Я рывком сдернула с себя ночное одеяние и нырнула под одеяло.
Со всей доступной мне осторожностью и нежностью я прижалась к нему, отдавая свое тепло. Он уткнулся мне лицом в плечо, совсем как маленький мальчик. Я гладила его по голове, я ласково успокаивала его, как когда-то – о, как давно это было! – Дженни своего малыша.
– Так говорила со мной мама, – прошептал Джейми. – Когда я был маленьким.
Наутро цвет лица у него был получше, хотя синяки за ночь потемнели и покрывали большую часть лба и щек. Он глубоко вдохнул, тотчас дернулся и застонал и выдохнул воздух с куда большей осторожностью.
– Как ты? – спросила я, положив ладонь ему на лоб.
Лоб был холодный и влажный. Слава богу, лихорадки нет. Джейми поморщился, не открывая глаз.
– Живого места нет, англичаночка. – Он протянул мне здоровую руку. – Помоги мне подняться, я весь отвердел, как пудинг.
Снег прекратился поздним утром. Небо по-прежнему оставалось хмурым и серым и грозило новым снегопадом, однако опасность появления преследователей из Уэнтуорта возросла, и мы покинули Элдридж-мэнор перед самым полуднем, тепло укутанные по случаю непогоды. У Мурты и Джейми было спрятано под плащом достаточно оружия, я вооружилась только кинжалом, тоже, конечно, спрятанным. Вопреки моей собственной воле, в том случае, если произойдет худшее, я должна была изображать похищенную англичанку.
– Но ведь меня видели в тюрьме, – возражала я.
