Автор
Освещенные яркими лучами октябрьского солнца на берегу упивались обладательницы стройных тел изысканными костюмами. 17-летняя принцесса Хедер Элизабет Деверо, оглядываясь на низкие волны, думала о том, что скоро она окажется среди мужчин, которые будут называть ее "Чужестранкой в гареме"....
– Если Фужер свяжется с вами, сообщите, что я женился на его невесте.
– Сомневаюсь, что Савон...
– И еще передайте Фужеру, что он уже мертвец, – добавил Халид.
– Что скажет ваша жена, когда вы вернетесь домой с красивой рабыней от Акбара? – поинтересовался Малик у герцога.
Граф Орчиони вмешался в разговор:
– Вообще-то герцог любезно согласился передать свою привилегию мне. Я выбрал двух молодых светловолосых черкешенок-близняшек. Они совершенно одинаковы, только у одной над верхней губой есть крохотная родинка. Уверен, что клиентам понравится такое украшение моей коллекции.
– Я отказываюсь тратить свои деньги на подарок для друга Фужера, – сказал Халид, обратив каменный взгляд на сутенера из Пантеллерии. – Я требую, чтобы этих женщин немедленно вернули.
– Слишком поздно, – возразил Орчиони.
– Я заплатил за них, – напомнил ему Халид.
– Какое вам вообще дело до женщин?
– Мой дядя – султан, – предупредил Халид. – Он в любой момент может арестовать ваш корабль, а на разрешение нашего спора может уйти куча времени.
– Молинари! – крикнул герцог. Когда вошел капитан, он приказал: – Приведи сюда этих рабынь!
Следующие несколько минут прошли в полном молчании. Вернулся капитан с двумя девушками под вуалью.
– Дамы идут с нами, – сказал Халид Абдулу. – Отведи их на палубу и присмотри за ними. – Переведя взгляд на герцога, он добавил: – Вашу сестру навестите через неделю. Готовьтесь.
– Премного благодарен, принц Халид, – отозвался герцог.
– Не забудьте передать Фужеру, что он труп, – сказал Халид и вышел из каюты следом за Маликом.
Герцог де Сассари молча уставился в иллюминатор. Сначала он увидел, как два дюжих молодца спустили девушек по веревочной лестнице и посадили их в шлюпку. Следом спустились Халид с Маликом. Моряки подняли весла, и лодка поплыла к берегу.
Герцог де Сассари пересек каюту и, остановившись возле сундука, сказал:
– Вылезай.
Крышка медленно приподнялась, и из сундука появился настоящий хорек в человеческом обличье. Это был Савон Фужер, граф де Болье.
– Ты назвал меня трусом, – заныл он.
– Заткнись, Савон! – рявкнул герцог.
– Но ты...
– Человек, который прячется в сундуке, недостоин называться мужчиной, – вмешался граф Орчиони.
– Не лезь не в свое дело, работорговец! – рявкнул Фужер.
Глубоко оскорбленный, граф Орчиони встал и двинулся на Фужера.
– Джентльмены, прошу вас! – воскликнул герцог.
– Примите мои извинения, – проговорил Фужер, решив замять конфликт. Выглянув в окно, он посмотрел на лодку. – Клянусь, я убью его.
