Автор
Освещенные яркими лучами октябрьского солнца на берегу упивались обладательницы стройных тел изысканными костюмами. 17-летняя принцесса Хедер Элизабет Деверо, оглядываясь на низкие волны, думала о том, что скоро она окажется среди мужчин, которые будут называть ее "Чужестранкой в гареме"....
– Если хочешь знать мое мнение, эту маленькую варварку следовало бы побить за ее непослушание, – вставила она.
– Тебя никто не спрашивал, – отозвался Халид. Повернувшись к жене, принц смягчил тон.
– Катание верхом – не женское занятие, – заметил он.
– Ты сам сказал, что я могу навещать Безрассудное Наслаждение, – напомнила Хедер.
– Я сказал, что ты можешь делать это в надлежащем сопровождении, а моя сестра в число таких людей не входит, – сказал Халид. – Хуже того, ты не прикрыла лицо. Когда ты поймешь, что жена принца должна носить вуаль?
Хедер подняла опущенную вуаль.
– Перед тем как выйти из дома, я надела вуаль. Чтобы успокоить жену, Халид протянул руку и погладил ее по щеке.
– Давай вернемся в комнату и позавтракаем, – попытался помириться Халид. – Обсудим все в спокойной обстановке.
– Я уже позавтракала, – сказала Хедер, прикрыв лицо вуалью и вздернув нос в знак презрения.
– Тогда составь мне компанию, пока я буду завтракать, – сказал Халид.
Хедер было неприятно, что ею помыкают в присутствии свекрови.
– Отлично.
Не глядя на принца, Хедер с высоко поднятой головой покинула конюшню. Халиду понравилось, как она яростно покачивала бедрами. Мирима с Тинной вышли следом за ними. Смех Миримы раздражал и принца, и его жену несказанно.
– Мама, прошу тебя, – взмолилась Тинна.
– Не смей указывать матери, – прошипела Мирима. И уже громче добавила: – Эта девчонка плохо на тебя влияет.
Когда они подошли к дому, Хедер остановила служанка.
– Омар просит вас дать ему сегодня выходной, – сказала девушка. – Бедняга лежит на смертном одре.
Сорвав с лица вуаль, Хедер бросилась в каморку евнуха. Халид, Тинна и Мирима не отставали от нее.
Омар лежал на кровати и стонал в предсмертной агонии. Веки у него опухли, а лицо, шею и руки покрывали ужасные красные рубцы.
– Чума! – воскликнула Мирима, не пуская дочь вперед. Без тени страха Хедер подошла к кровати и внимательно осмотрела евнуха, поворачивая его голову из стороны в сторону.
– У Омара аллергия. Он не заразен и не умирает.
– Откуда ты знаешь? – спросил Халид.
– Мой брат выглядит точно так же, когда поест ягод. Все еще сомневаясь, Халид посмотрел на евнуха:
– Ты ел ягоды?
– Нет, яичные белки, – трагически простонал евнух. Халид медленно повернулся к жене. Лицо его исказилось гневом.
– Клянусь, я не знала, – сказала Хедер, попятившись.
