В Чужих степях продолжается история о путешествии близнецов по необъятной стране. Дядя Саша настойчиво мотивирует их отправиться дальше, и вот они снова садятся за дорогой. Встреча с дедом раскрывает новые тайны приключений, а романтичное путешествие становится тревожным приготовлением к дальнейшим испытаниям....
Я посмотрел на седого. Не знаю, на мой взгляд, на выкорабкивающегося он не тянул — такой же бледный, с серыми губами и синюшным провалами глаз.
— Не очень то и похоже...
Олег тем временем о чём-то его расспрашивал, но, вероятно, сил у седого совсем не осталось, он кивнул, в ответ, и закрыв глаза, откинулся на лежанку.
— Всё. — Был пацан, и нет пацана. — сохраняя самое серьёзное выражение лица, пошутил Леонид."
"— Тьфу на тебя! — легонько толкнула его в бок Аня, — спит он...
Олег, явно не ожидающий такого поворота, подождал ещё сколько-то, и убедившись что аудиенция закончена, поднялся и подошел к нам.
— Ну, что там? — не утерпел я.
— Да... Не поговорили толком... — скривился Олег, — попросил доставить его на базу, обещал хорошо заплатить. Говорит — вопрос жизни и смерти.
— На чью базу? — нахмурился Леонид.
— Ну не на нашу же, — на их базу конечно!
— Интересно, как он себе это представляет? Славик дороги не знает, девка не в себе, он еле дышит. Как?
— Говорит в пикапе, под панелью с пассажирской стороны, спрятана карта этой части города.
В принципе, выбор у нас небогатый: Оставаться здесь, и ждать пока ещё кто-нибудь не припрётся, перебираться куда-то вглубь, вернуться в станицу, или воспользоваться приглашением седого. Если верить Славику, — а оснований не верить ему, я не видел. «Люди седого бандитами не были, — скорее наоборот, и бояться их совершенно не стоит» — так он утверждал.
— Вот. Нашёл. — прибежал запыхавшийся Олег, и передал мне упакованный в полиэтилен сверток. В котором, при вскрытии, оказалась обычная кожаная папка на молнии, а в ней сложенная в несколько раз карта. Причём картой, в прямом смысле, я бы это не назвал. Скорее план застройки, или что-то в таком духе.
Нарисованная карандашом и разноцветной ручкой, — она много раз дополнялась, явно разными людьми и в разное время.
— Наверное без него не разберемся... Как он? — спросил я у Ани, кивнув на седого. — Говорить сможет?
— Сможет, но не сейчас. Сейчас его лучше не трогать, может быть ухудшение.
