В Чужих степях продолжается история о путешествии близнецов по необъятной стране. Дядя Саша настойчиво мотивирует их отправиться дальше, и вот они снова садятся за дорогой. Встреча с дедом раскрывает новые тайны приключений, а романтичное путешествие становится тревожным приготовлением к дальнейшим испытаниям....
— Не знаю, может я чего-то перепутала, но я позавчера передавала с Сашей для мужа тёплый свитер, — он сказал что в самолете очень холодно, а сегодня, полчаса назад, нашла его на том же месте в шкафу. Ну и решила что он вернулся.
— С Сашей казахом передавали? — уточнил я, отгоняя от себя неприятные образы всплывшие при упоминании его имени.
— Да, — подтвердила женщина, — он накануне заходил, молоко принёс, у них корова хорошая, ну и свитер забрал...
— А не может быть так что вы свитер забыли отдать? — спросила Аня.
— Наверное может. — коротко вздохнула женщина. — Не мог же он без Толика вернуться... Ну я пойду тогда?
— Да-да, идите конечно. — поспешил согласиться я. Тяжело вот так врать, пусть и не со зла. Даже не представляю что будет когда всё вскроется.
Дождавшись когда женщина отойдет подальше, я хотел сказать что-то по поводу её мужа, но Аня прервала меня, и развернувшись, молча побежала к самолёту.
— Ты чего? Стой! — бегать я не любил, летом ладно ещё, а зимой вообще сложно. Обувь неудобная, одежда тяжёлая, потеешь, потом мёрзнешь.
Но Аня только ускорилась, и мне ничего не оставалось как последовать за ней. Снег хрустит, ветер задувает под куртку, но я всё же разогнался, и обогнав её уже перед финишем, встал у двери.
— И так сил нет, а ты тут ещё бегать заставляешь...
— Открывай. — ни на что не обращая внимания, Аня подвинула меня и толкнула примёрзшую уже дверку.
Та неохотно поддалась, и открывшись до половины, остановилась.
— И чего тут? — я повернулся к проёму, и протолкнул дверку дальше.
Мешка с золотом не было. Точнее мешок оставался на месте, но без содержимого.
— Ну ё-моё! Как так то? Мало того этот урод сам сбежал, так он ещё и золото упёр! Говорил я Андрюхе остаться! Ну как так-то?!
Моему отчаянию не было предела. Жалко было не столько само золото, сколько пугала перспектива объясняться. Ведь на слово не поверят, скажут: было золото? — было! Был человек? — был! Тебе доверили? — Тебе! Ну и всё, без разговоров козлом отпущения сделают.
Мешки, тряпичная обертка, бечевки...всё на месте. А содержимого нет.
— Отойди ка... — протолкнув меня дальше, в салон поднялась Аня.
Я же продолжал возмущаться, перебирая лежащие на полу тряпки.
— Не пойму только на хрена он распаковал то всё? Это ж долго и неудобно? Он что, идиот?
Сомнений в том что Рустам и есть вор, теперь у меня не было никаких.
