Валера прав, манкировать стримами нельзя, за подписчиков нужно бороться и для этого много работать, даже когда не хочется.
Перед тем как подняться домой, Игорь еще посидел в машине.
Он не знал, верит Лиле или нет. Он никогда об этом не задумывался.
Иногда, очень редко, он ловил ее на лжи. Ложь была мелкая, безобидная и вызывала у него скорее веселое удивление, чем что-то другое.
Лиля была шаловливым неумным ребенком, и он принимал ее со всеми ее слабостями.
Ему не нужен был ее ум, ему хватало своего.
С Ольгой он обсуждал все. Он спешил домой и рассказывал обо всем забавном, что случалось на работе. И обо всем неприятном рассказывал. Жена с советами не лезла, решения он всегда принимал сам, но о том, чтобы не выслушать ее мнение, и речи быть не могло.
Она была его половиной.
Ближе Ольги у него никого не было.
Неожиданно ему захотелось посмотреть на ее лицо. У него фотографий бывшей жены не было, но они наверняка сохранились у тещи и Лены.
Игорь посмотрел на карту Яндекса – пробки уже впечатляли. Если сейчас поехать к Лене, вернется совсем поздно. Он не поехал не потому, что не хотел объясняться с Лилей, на него навалилась такая усталость, что не хотелось даже думать о том, чтобы опять вести машину.
Игорь вылез из машины и тяжело пошел к дому.
Что идет тяжело, он заметил не сразу, только когда, шаркая, начал подниматься по ступеням. Это было недопустимо, Игорь заставил себя распрямить плечи и до лифта дошел нормальной походкой.
Даже то, что творилось с ним сейчас, не должно сделать его стариком.
Старости он не хотел и боялся.
Он единственный из всех, кого знал, повышение пенсионного возраста оценивал положительно. Представлять, что меньше чем через десять лет он станет пенсионером, ему не хотелось. Он считал себя полным сил и здоровым и собирался еще долго быть таким.
Конечно, не понимать, что укладывать шпалы в шестьдесят пять нельзя так же эффективно, как в тридцать, он не мог. Но укладывать шпалы он не собирался, а в его работе опыт, накапливающийся с годами, только повышал его значимость как специалиста.
Хлопнула дверь подъезда. Игорь придержал подошедший лифт, подождал соседку. Той было лет двадцать, Игорь помнил ее еще девочкой. В ушах у соседки были наушники. Она весело улыбнулась Игорю, он – ей.
Он и Лиле заставил себя улыбнуться. И обнимая ее, попытался отбросить чудовищные мысли.
На какое-то время это удалось.
Лиля не умная и не очень добрая, но она бесхитростная. Он не может сделать то, что промелькнуло у него в голове.