Автор
В Чужом наследии, читатель окунется в необыкновенно глубокую вселенную, где червь мягко нес человека через тишину бесконечности. Свет молочной структуры остается единственным признаком жизни за пределами пузыря, создавая нереалистичную и почти мистическую атмосферу....
Однако, стоило вдалеке появиться первой улочке — довольно унылой и пустынной — как пустырь неожиданно накрыло объемное умение и тут же исчезло.
Такого подвоха Алекс не ожидал. Аналогичная объемная защита использовалась в банках, вот только там она не пульсировала, а спокойно стояла себе на месте и никого не трогала. Ее можно было обнаружить заранее и после чего достаточно было просто не приближаться к ней.
«Черт подери! Это Морн, больше некому. И зачем я как дурак поперся знакомым маршрутом? Мог же обойти город, зайти с другой стороны или понаблюдать за пустырем пару часов, — обругал он себя.
Полной уверенности, что его раскрыли, у Алекс не было и он замер. Однако в этот момент поле включилось снова и больше не выключалось.
«Надо бежать…» — успел подумать он, как из ближайших домиков выскочили многочисленные фигурки и события резко ускорились.
Человек развернулся и помчался к границе города. Счет шел даже не на секунды, а на мгновения.
К счастью, он был недалеко от барьера и несколькими большими прыжками добрался до него и тут же выскочил наружу — в лес.
В голову пришла очевидная мысль, что его просчитали и подготовили элементарную ловушку. Причем загонщики ждали не внутри, а снаружи города.
«Проклятья, надо было в центр бежать!» — обругал он себя во второй раз и помчался прочь — в глубину леса…
Он двигался на всех парах, помогая себе Доменом, но именно в такие минуты сразу становилась понятна разница между одиночкой и подготовленной группой — то, о чем ему говорил Самул.
Алекс очень ясно осознал, что обычными способами ему не скрыться. А, учитывая подготовленность врагов, вряд ли он сможет от них отбиться."
"Выжимая себя досуха, он промчался еще с полкилометра, как сбоку вдруг выскочила высокая худощавая девушка. В любой другой ситуации он не назвал бы ее красавицей, но сейчас она буквально завораживала своей грацией. Ее гибкая и ловкая фигура размазывалась в воздухе, а на лице застыла азартная улыбка.
