Автор
В Чужом наследии, читатель окунется в необыкновенно глубокую вселенную, где червь мягко нес человека через тишину бесконечности. Свет молочной структуры остается единственным признаком жизни за пределами пузыря, создавая нереалистичную и почти мистическую атмосферу....
Алекс же просто любовался образцами оружия и сравнивал их с земными. Надо отметить, что разница была колоссальной. Его развитое внимание улавливало тончайшие изменения в структуре металла. Но больше всего его заинтересовали оружие и броня, которые могли усиливаться энергетическим телом. Клинок в его руках словно живой проводил энергию и легко откликался на малейшее воздействие, а броня так вообще — интегрировалась в энергетическую оболочку.
Как ему пояснил один торговец, чем-то напоминающий Рауля, только с усами и огромной курительной трубкой, такое оружие и доспехи выбирали адепты, умеющие быстро трансформировать свое энергетическое тело — например, удлинять в любом направлении.
Приверженцы подобного стиля славились совершенной защитой и ударами, способными пробить оболочку противника уровнем выше, ведь фактически они атаковали не голым металлом, а лезвием, укрепленным собственной энергией, тогда как их соперник полагался лишь на энергетическое тело, которое хорошо растворяло дистанционные умения, но против твердой стали — пасовало.
И наоборот — эти бойцы встречали атаку броней, соединенной с защитной оболочкой и легко выдерживали даже самые сильные удары. Это тебе не отдельный бутерброд из энергетического тела и металлической пластины, а единое целое."
"Правда, стоили такие вещи неприлично дорого, поскольку лишь немногие мастера умели обрабатывать металл до квази-живого состояния. Фактические бойцы этого стиля зависели от дорогостоящей экипировки, зато могли сражаться в полном окружении с превосходящими силами.
Закончив с покупками, Алекс отправился в гостиницу, немного поболтал с Генри, подлатал снаряжение и отправился спать, а утром двинулся по указанному адресу.
* * *На небольшой безымянной улочке — она так и называлась «безымянная»! — недалеко от границы леса приютился непрезентабельный двухэтажный домишко. Голые стены из укрепленной земли не имели никаких украшений, массивные ставни прикрывали узкие окна и ни единого лучика света не проникало внутрь. К серой двери без крыльца вела вытоптанная дорожка.
Два соседних здания пустовали, а чуть дальше начинался пустырь.
