Но… странный диссонанс ощущался интуитивно.
Ваза из фиолетового хрусталя явно должна стоять на каминной полке, а не на столике. Книги неровными стопками вдоль стен, а в шкафу, в котором явно не должны лежать… графин с водой, чашки, тарелки и одна груша.
Ничего ужасного, но впечатление странное.
Но это в первый миг. А потом я увидела ее.
Искусно выложенная мозаика с плитами чуть больше. И на них… невероятной красоты картины.
Я, забывшись, подошла ближе и, сняв перчатку, прикоснулась к прекрасному. И не смогла сдержать изумленного выдоха. Стена оказалась теплой. Ладонь моментально согрелась.
— Нравится? — вкрадчиво спросили на ухо.
Я вздрогнула и поспешно обернулась, отступая в сторону. Поймала внимательный взгляд синих глаз и кивнула.
Дракон улыбнулся и собирался что-то сказать, как…
— По такой же красоте вы прошлись, — вмешался крайне недовольный голос ледяного.
Я невольно глянула под ноги и… Глаза изумленно распахнулись.
Пол, весь пол был устелен мозаикой. Да по такому не ходить надо, а в музеях выставлять!
— Не порти впечатление от моего жилища и моей гостиной, — тоже не сильно радостно сказал Трей высшему.
Тот усмехнулся, стягивая перчатки.
— Которое ты получил на время своего нахождения тут и в котором ничего не стал менять после.
— То есть это все сделал другой дракон? — уточнила я.
— Да, — любезно ответил мне ледяной.
Трей глянул на него не очень добро.
— Ир, тебе не пора? У тебя, кажется, были какие-то важные дела? — и Трей с намеком посмотрел на дверь за спиной ледяного.
Но тот невозмутимо раздевшись, прошел к дивану и с комфортом уселся. Явно демонстрируя, что никуда он не уйдет.
Трей с досадой хмыкнул, но гнать друга не стал.
Сняла шапку. В гостиной было тепло. И тут же поймала ошеломленный синий взгляд. Секунда и я вздрогнула от резко появившегося передо мной мужчины.
— Лиловые, — удивленно сказал он, быстро подхватывая локон. Так быстро, что я даже воспротивиться не успела.
В меня испытующие всмотрелись и шокированно воскликнули:
— Это ты на Ире лежала!
Краска бросилась в лицо. Очень уж… двусмысленно прозвучало. Покосилась на того самого «Ире» и, осторожно отступив, кивнула.
— Я выпала из саней, — пояснила на всякий случай.
— Точно ты! А я думал, почему ты мне так знакома!
Никогда не думала, что одно узнавание может принести столько радости. Но следующие слова вызвали негодование:
— Еще думал, почему запах знакомый. Но вспомнить не мог. Запах Ириара все перебивал.
Щеки начали пылать.
