В людном магазине на третий час дня, выжидаешь очередь — отличная атмосфера будничного буржуа. Здесь сквозь звенящие коробки и жужжащие кассы просачивается что-то свежее, новое — "Чужой мир: Альтернатива", где обычные действия вздымаются над привычными каналами и открывают потаенные пути в неизведанный....
Но понимал и его злость на то, что часть его отряда уничтожил предатель и вообще наличие проплаченных предателей. И я понимал его желание найти ту гниду, которая это устроила.
— Мне потребуются документы?
— Да. Но Анна все устроит. Да, и можешь не волноваться насчет своей маскировки. Каждый артефакт иллюзии настраивается персонально и кроме меня твоей новой внешности никто не видел.
— Понятно. У вас будут из-за меня неприятности?
— Демидов, больше чем есть не будет. С государем я как-нибудь договорюсь.
Подошла девушка, которая несла запотевший кувшин и, призывно стреляя глазками на Белоусова, прибралась на его столе и, сложив грязную посуду на поднос, удалилась.
— Хорошо, Илья Аркадьевич. Я постараюсь.
— Постарается он. Такой как ты обязательно дойдет, — Белоусов снова налил себе квасу из запотевшего кувшину. — А тем временем я постараюсь прояснить насчет твоего деда. Не нравится мне эта история с казнью. Дурно воняет от нее с учетом вновь открывшихся фактов.
— Спасибо, Илья Аркадьевич.
— Иди Демидов. И чтоб не подвел меня.
— Доброго дня, Илья Аркадьевич.
Он молча продолжал пить квас, а я встал с перил и направился на выход из беседки.
Кстати под скрытом хорошо вести наблюдение где ни будь из кустов, но на людной улице вообще невозможно двигаться. Того и гляди наткнётся на тебя кто-то, сядет на жопу и будет недоуменно смотреть по сторонам на что же он такое налетел. Народ только кажется однородной массой, но в нем есть сметливые люди, которые непременно смекнут, что здесь что-то нечисто.
Смекнут и донесут куда надо, а мне еще не хватало, чтоб открыли охоту на невидимку, то есть на меня.
Я зашел в первый же темный переулок и, оглядевшись, прикоснулся к камню скрыта. Тихий хлопок дал мне знать, что артефакт отключен.
Еще раз оглянувшись, я неторопливо вышел с переулка и зашагал в сторону северных ворот.
Забавно, что Белоусов не сказал про снятые с предателя
артефакты и скрыт, а он знает наверняка, что они у меня.
Город поражал воображение. Вроде бы в быту и отстает он нашего мира на несколько столетий, но чем больше я бродил по улицам, тем все больше утверждался в мысли, что не так уж и сильно.
Во-первых, город не вонял, что по книгам в средние века было обыденным делом.
