Автор
В холодной больнице, где воздух напоминал сухой песок, он жаловался на отсутствие молока и нежился в одиночестве. Его тело перешло из одной остроты боли в другую, заставляя меня размышлять о чужом мире, где такие обычные вещи как молоко не имеют значения. Этот рассказ раскрывает драматичную историю, где каждое слово служит ярким свидетельством страха и надежды в изолированной атмосфере кризиса....
Бэк рассказывал, что на противоположной стороне реки, возле крепостных стен, утыканных сторожевыми башнями, селятся крестьяне, что обрабатывают земли в окрестностях города.
Я бросила взгляд на город. В центре — сплошь каменные постройки. А поверх каменного муравейника возвышался шпиль городской Ратуши, тянулись вверх крыши Храмов, грозно темнели крепостные башни городского гарнизона, того самого, где я очнулась после перехода через пустыню. Вокруг центра раскинулись ремесленные кварталы. Бэк тыкал пальцем, показывая, где живут кузнецы, где — гончары, кожевники, пекари… Пока, наконец, окончательно меня не запутал.
Порывы ветра поднимали мелкую рябь на поверхности реки, блики солнца — словно яркие мазки на темной воде. Полуденный зной навевал сон. В Москве сейчас начало февраля, снега, наверное, намело немерено, а в Мунстере уже зеленеет трава. Потрогав молодую поросль, что тянулась к солнцу, я позавидовала оптимизму природы. Мне бы так!
Бэк сидел рядом и жевал длинную травинку, кидая на меня задумчивые взгляды.
— Послушай, ты чего Знак все время щупаешь? — недовольным голосом спросил Бэк. — Что, красавчик-маг приглянулся? Не терпится его снова увидеть?
— Ты о чем? — Я вовсе не горела желанием еще раз встретиться с худым хмурым субъектом в мятой темной хламиде, похожей на рясу.
— Если нажать вот так, — Бэк поднял свой рукав, показав такую же метку с волком, и приложил к ней палец, — то Гильдия получит вызов. Это означает, что ты просишь помощи.
— Ух ты, кто бы мог подумать! — восхитилась я, но Знак трогать перестала. Кто знает, что бывает за ложный вызов! — И что, правда придут?
— Ну, конечно, — усмехнулся Бэк.
"Я вздохнула. Как признаться, что еще со студенческих времен научилась спать на лекциях с открытыми глазами и умным видом? Да так, что даже у самых наблюдательных преподавателей не возникало сомнений, что я их внимательно слушаю.
