Автор
В глубине квартиры Ланки мерцает слабый свет от лампы. Тысячи вопросов мелькают у меня на губах — зачем здесь? Что произошло между нами? Но я молчу, стесняясь даже дышать. В этот дом я приехала не с целью узнать все секреты или рассказать о том, что случилось. Здесь царит тихая ноющая тревога — как будто воздух наполнен невидимыми словами прошлого, ждущими своего времени, чтобы выскользнуть на свет....
Моего появления никто не замечает, и это просто отлично.
— Так, вон туда иди, — показывает мне Витек неприметную дверь сбоку от входной, — там все, что нужно, должно быть. Глянь, если чего нет, скажи лучше сразу. А то потом Хазар приедет, не до тебя будет…
Я понятливо киваю, не интересуясь, кто такой Хазар, это, в принципе, и без того понятно, наверно, это прозвище того самого Тагира Хазарова, страшного и ужасного владельца всего вокруг.
Иду в подсобку, чтоб осмотреть инвентарь.
На первый взгляд, всего хватает: ведра, тряпки, резиновые перчатки, средства для уборки.
— Воду тут набирать? — интересуюсь на всякий случай, а то мало ли…
— Да фиг ее знает, — честно отвечает зашедший следом Витек, — наверно, тут, раз все подключено… Смотри сама. И, короче, сейчас быстро надо протереть рядом с рингом. Само покрытие не трогай, оно уже подготовлено. От тебя вообще только поверхностная уборка, это вначале, а потом, если вдруг кто стакан опрокинет или еще чего, быстро убрать по факту.
Киваю.
Витек еще пару мгновений смотрит на меня, словно прикидывая, говорить что-то, или нет, затем решает, что и без того достаточно на меня потрачено времени, бросает:
— Бывай.
И выходит из помещения.
Первым делом еще раз, уже основательней, поправляю маску и косынку.
Набираю воды, натягиваю перчатки, наливаю средства для мытья полов в воду.
И, выдохнув для обрететения храбости, толкаю дверь в зал.
Останавливаюсь пугливо, стараясь не обращать внимание на происходящее вокруг, прикидываю, что в первую очередь делать.
Судя по всему, бои еще не начались, значит, ринг. И те скамьи рядом с рингом.
Иду туда, мимо стоящих рядом мужчин самой брутальной внешности, серьезных таких, массивных. Это бойцы, что ли, будущие?
Страшно, сердце замирает, словно у мышонка, крадущегося мимо спящего кота…
Когда миную их, двигаясь к другой стороне ринга, прямо выдыхаю и расслабляюсь.
С воодушевлением принимаюсь за работу и постепенно, как это и всегда бывает, физический труд помогает прийти в себя и успокоиться.
Первые нервные движения вскоре сменяются на экономично-плавные, я уже никуда не тороплюсь, спокойно работая, методично освежая пол везде. Не только там, куда указал до этого Витек, но и там, где считаю нужным.
