Автор
В глубине квартиры Ланки мерцает слабый свет от лампы. Тысячи вопросов мелькают у меня на губах — зачем здесь? Что произошло между нами? Но я молчу, стесняясь даже дышать. В этот дом я приехала не с целью узнать все секреты или рассказать о том, что случилось. Здесь царит тихая ноющая тревога — как будто воздух наполнен невидимыми словами прошлого, ждущими своего времени, чтобы выскользнуть на свет....
Но мне всегда казались более интересными именно такие, скульптурно вылепленные, поджарые фигуры, так, чтоб каждая мышца была одновременно выпуклой, четкой и в то же время гармонично сочеталась с другими, дополняя общую картину, делая ее завершенной.
И здесь именно такой вариант."
"Ловлю себя на том, что уже изучаю Каза, как натурщика, прикидываю, какой ракурс использовать, чтоб повыгодней показать этот разворот плеч… Ямочку между ключицами… Чувственный изгиб губ… Щетина на щеках… Это можно тенями бувально, в пару штрихов… Полуоборот? Да-да, пожалуй… И еще капли воды, перемешанной с паром на коже… Тут подойдет блюр, пожалуй… И, естественно, сначала монохром…
— Эй! — передо мной появляется сухая, жесткая ладонь, пальцы щелкают друг о друга, — что с тобой? Тебе плохо? Приняла что-то?
Моргаю удивленно, поняв, что на пару секунд отключилась от реальности, привычно погружаясь в себя, выстраивая в голове образ будущей работы.
А Каз, в это время, оказывается, что-то спрашивал!
Вот я дурочка!
Нашла время, надо же!
— Прошу прощения… — голос садится, от влажности, не иначе, кашляю, — простите…
— Иди сюда, — он тянет меня за руку к выходу из душевой, — а то тут падать хреново…
— Со мной все хорошо, — упрямлюсь я, пытаясь вырвать у него руку, — вы что-то хотели?
— Я полотенце еще одно хотел, — ворчит Каз, не обращая на мое сопротивление внимания и упрямо продолжая буксировать в сторону выхода, — а то только маленькие остались… Слегка не хватает…
Невольно смотрю вниз, на его бедра, с едва сходящимся на них коротким полотенцем и мысленно соглашаюсь: да, явно не хватает…
— Сейчас принесу… — я все еще не оставляю попытки вырвать руку из его захвата, — мне надо…
— Да фиг с ним, — Каз открывает дверь в мужскую раздевалку, где уже давно никого нет, я думала, и в душевых никого, надо же, как промахнулась…
Он сажает меня на лавку:
— Сиди, дыши… И сними ты уже эту маску…
Я не успеваю ничего сказать, никак воспрепятствовать.
Каз срывает с меня маску… И замирает.
Я смотрю в его лицо, с удивлением понимая, что происходит что-то странное.
Каз смотрит на меня так, словно… Словно призрака увидел. Наверно, я точно так же выглядела совсем недавно, когда первый взгляд на него кинула и оторопела от его сходства с моим самым страшным кошмаром…
Хорошо, что это был лишь визуальный обман, и теперь я в этом уже окончательно убедилась.
Каз — не Алекс, это точно. И он меня не знает, не может знать…
Но смотрит сейчас так, словно… Словно знает.
