Автор
Ночью на Граагу царит тишина, но её нарушают странные звуки. В утренних сумерках осадок превращается в мощный ливень, приносящий с собой холод и неясность. Анастасия чувствует, как мир вокруг медленно выравнивается к новому дню, но что-то заставляет сердце колотиться о ребра — она чувствует чужие тени, невидимые силы, которые готовы вмешаться даже в самый обычный день....
Глаза, наверное, серые или голубые. Из недостатков Анастасия могла бы назвать только тяжеловатый подбородок, красноречиво указывающий на то, что его хозяин упрям как горный баран, но в остальном — идеальное лицо. И по возрасту Огден едва ли был сильно старше двадцатитрёхлетней Анастасии. Она даже вынуждена была признать правоту тёти Анны, сказавшей, что они с Огденом станут красивой парой. Правда, хотелось съязвить: «Если станем», — но Анастасия промолчала. Тётя Анна относилась к племяннице по-прежнему тепло, несмотря на то, что в том пожаре, унёсшем жизнь брата Анастасии, погиб и её муж.
— Прошу заходить, ваше высочество, — раздался громкий голос сопровождающего принцессу охранника, и Анастасия распахнула глаза.
А вот и кабинет дяди Арена. И кто там внутри сейчас кроме него? Делегация из Альтаки?
Анастасия очень надеялась, что нет.
.
В кабинете оказалось столько народу, что её высочество с лёгким изумлением оглядывалась, изучая присутствующих. Никто из них не был ей знаком. Ну, почти никто — Вано Вагариуса, главу комитета безопасности, Анастасия знала.
Императора принцесса заметила сразу, несмотря на то, что среди подобного количества присутствующих он мог бы и потеряться, тем более что не сидел за письменным столом, а стоял возле окна и изучал какой-то документ. Однако Арена сложно было не заметить, как сложно не разглядеть солнце на небе. И дело не только в магии, силу которой ощущали все без исключения, но и в его собственной ауре спокойной властности и повелительности, подавляющей любую волю.
Когда Анастасия вошла, присутствующие уважительно поклонились, поприветствовав её нестройным хором голосов. Те, кто сидел — это были женщины, — вскочили с кресел и дивана и тоже отвесили полагающиеся по этикету поклоны.
— Здравствуйте, — кивнула Анастасия и слегка вздрогнула, когда один из мужчин в форме безопасника поставил перед письменным столом императора небольшое кресло, обитое нежно-голубой тканью — будто специально для принцессы, — и указал на него ладонью.
— Садитесь, ваше высочество.
Она медленно опустилась на сиденье. Между тем император, закончив читать документ, вернулся к столу и сел в своё кожаное кресло — как раз напротив Анастасии."
"Его лицо, как и всегда, почти ничего не выражало. Даже глаза — чёрные, словно совсем без белков, странные и неестественные, — сейчас были абсолютно бесстрастными.
— Анастасия, — произнёс Арен, глядя на принцессу, — я думаю, ты понимаешь, зачем я тебя сюда позвал.
