Врач реанимации, привыкшая к одиночеству и отстраненности, случайно спасает чужого мальчика. Но спасение становится началом неожиданной истории, когда холодное сердце медика сталкивается с теплом человеческой привязанности и ответственности перед судьбой маленького человека.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Чужой ребенок»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Врач реанимации, привыкшая к одиночеству и отстраненности, случайно спасает чужого мальчика. Но спасение становится началом неожиданной истории, когда холодное сердце медика сталкивается с теплом человеческой привязанности и ответственности перед судьбой маленького человека.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Врач реанимации, привыкшая к одиночеству и отстраненности, случайно спасает чужого мальчика. Но спасение становится началом неожиданной истории, когда холодное сердце медика сталкивается с теплом человеческой привязанности и ответственности перед судьбой маленького человека.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Чужой ребенок» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Правда, Василию Ивановичу, вернувшемуся как раз после планерки с начальством, на все спецдопуски глубоко плевать, и он в категоричной манере приказывает незванным гостям убираться.
И, только-только я начинаю наполняться злобной радостью, что сейчас всех людей Хазарова выкинут отсюда, словно щенят, как в начале коридора появляется Ар, кивает издалека мне, улыбается ласково Василию Ивановичу и утягивает его на приватный разговор в кабинет.
Я стою, удивленно таращась на закрытую дверь, ожидая всего, чего угодно, но только не того, что через пять минут она распахнется, и появившийся на пороге кабинета Василий Иванович спокойно пожмет Ару руку, проговаривая:
— Договорились. Но только предупреди, что если будут мешать, то меры приму самые жесткие. Да и вообще… Зря вы. Тут у нас уже есть охрана…
— Лишней не будет, Василь Иванович, — бубнит Ар, почтительно склоняясь с высоты своего роста в коренастому реаниматологу, — парнишки просто посмотрят… А то, сами понимаете, единственный сын… И такое…
— Следить надо за детьми, — наставительно говорит Василий Иванович.
Ар ему что-то отвечает в том же духе, а затем, попрощавшись, и проводив его обратно в кабинет, идет в мою сторону.
Я смотрю в его лицо, уже без следов побоев, все сошло, зажило, как на собаке. И рукой нормально двигает. И вообще не скажешь, что совсем недавно были травмы…
— Привет, Ань, — вполне миролюбиво здоровается он, останавливаясь передо мной.
— А что, тебе разрешили говорить с тварями и предателями? — усмехаюсь я, и Ар неожиданно смущается.
Да надо же!
Удивленно хлопаю ресницами на такое редкое зрелище, даже из-за стойки поста выхожу.
— Ань… — Ар вздыхает, прячет огромные ручищи в карманы джинсов, как-то сразу весь горбится, словно меньше хочет стать, — ты не обижайся… У нас тут… Да и тогда… Ситуация была форс-мажорная. Понимаешь? Да ты поняла уже все… Искали суку, которая вот рядом…
— И ею оказалась я? — перебиваю я, прислушиваясь к себе в поисках гнева, ярости… ну хоть чего-то! И не находя. Только вялый интерес. — А то, что я без году неделя рядом с вашим боссом, ни на какие мысли не навело?"
"— Бл… То есть, черт… Ань… У Хазара крышу снесло. Все указывало на тебя, пойми. Он же изначально сомневался, а тут еще и Шишок насвистел… И видели тебя рядом с москвичом на приеме, вы душевно болтали… А москвич этот — не простой… Его проверяли же, он в команде ребят, с которыми Шишок хотел наладить бизнес и карьеры отжать… Уже и доки были готовы, говорят… А Хазару через тебя подсунули липу на флешке… Ну, верней, он тогда решил, что липа… А вообще, Ань, ты появилась слишком вовремя. И Ваньку тоже очень к месту привела… Ну как тут было не поверить? А?
— Я ничего не поняла, Ар, — признаюсь я, — кроме того, что мне плевать уже на ваши гребанные игры.
