Одна из весенней прогулок превратилась в неожиданное приключение. Вечерние сумерки делают город особенно непредсказуемым, и каждый шаг может привести к чужому повороту событий – как тому, что ожидает главного героя в этот вечер.
Похоже, «Чужой ребенок» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
И понимаю, что надежда моя на то, что ослышалась, тает. Умирает просто.
Он опускает взгляд, пыхтит, кусает губы, а затем, не выдержав зловещей паузы, взрывается:
— Ну а че? Он сам! Встал! И полез! Хватать стал! Я и ткнул!
— Ткнул? — вычленяю я основное.
— Ага… — сопит он расстроенно, — ножом…
— Который Иваныч дал?
— Ага…
У меня нет слов. Верней, слов много, но вот литературных и вменяемых — нет. Конечно, тянет высказаться, да и можно было бы это сделать, тут и не такое заворачивают засранцы, младше Ваньки даже, но я держусь.
— Пошли.
Мы выходим из компьютерного клуба, находящегося в полуподвальном помещении ближайшей к дому Иваныча школы, добираемся до замусоренного скверика со следами жизнедеятельности местных выпивох и собаководов, отыскиваем более-менее чистую лавочку.
Я устанавливаю Ваньку перед собой, сама сажусь, предчувствуя, что мне стоит это сделать.
— А теперь с самого начала, подробно. И без утаек, Вань.
— Да уже и нечего говорить… — отводит он взгляд, но я раздраженно цепляю его за подбородок, настойчиво поворачиваю к себе.
— В глаза. И без утайки. Иваныч уже из-за тебя пострадал.
Упоминание Иваныча действует, Ванька поджимает дрогнувшую губу, вздыхает. Я на мгновение испытываю укол совести, потому что не надо так с ребенком, но тут же мыленно шлепаю себя по щеке. Этот засранец заслужил хорошей порки, на самом деле.
Засранец, посопев и покусав губы, начинает все же говорить:
— Ну… Я реально все рассказал… Я в самом деле чисто случайно увидел дядек с деньгами, и они реально меня закрыли… Я орал-орал, тут один из них, вот этот, на фотке, заходит, говорит : “Че орешь?” и замахивается на меня! Я увернулся, случайно нож в кармане, сложенный… Вытащил , как Иваныч учил, незаметно, и снизу в живот…
— Тоже, как Иваныч учил? — обреченно уточняю я, и Ванька кивает:
— Да… Снизу, и не рукой, а всем телом чтоб удар…
Закрываю глаза на мгновение, офигевая от услышанного и ощущая, как волосы на затылке начинают шевелиться.
