В холодном бархате неба мерцали звезды, когда группа странников шла по вымощенной гравием улочке. Впереди маячил дом семьи Найтов — их приют после долгого путешествия. Ощущение回到家 привнесло радость и легкую атмосферу уюта, в то время как сердце миссис Найт тревожно забилось от предстоящей встречи с сыном и его новой невестой....
Мистер Баррит, к досаде Филлис, посвятил мисс Грейстоун небольшую оду, трогательную в своей нелепости.
Вы так прелестны, в самом деле,И я не мог дождаться встречиВ те одинокие недели,Что предваряли этот вечер!Я снова с вами, что за счастье!Как это выразить словами?Ни смерть, ни буря, ни ненастьеПриехать мне б не помешали!И еще несколько строк в таком духе. Филлис заметила, как миссис Олдхэм прячет улыбку за раскрытым веером, а Флора Уилтон откровенно смеется, впрочем, вполне одобрительно.
Юный Танхилл также прочел стихотворение, застенчиво прибавив, что посвящает его мисс Найт, а также своим сестрам.
К разочарованию многих, Уилтон проявил галантность, граничащую с коварством, и спел премилый романс в честь гостеприимной хозяйки дома, миссис Грейстоун, принявшей этот дар с таким видом, как будто ничего другого от своего гостя она не ожидала.
Дневная прохлада, доставлявшая блаженство в жаркий летний день, сменилась вечерним зябким ветерком, и хозяйка предложила гостям переместиться в дом. Как и предполагалось, отцы семейств, викарий и холостяк семидесяти лет удалились в кабинет мистера Грейстоуна, почтенные матроны расселись за карточными столами, а молодежь могла танцевать, флиртовать и угощаться сладостями в свое удовольствие.
Миссис Шеннон согласилась поиграть на рояле, и мистер Баррит тотчас пригласил Филлис на танец, так как Имоджин в это время отлучилась из гостиной, снять шаль и поправить локоны, растрепавшиеся за этот долгий день.
