Маньчжурия: Сухие степи и предгорья Хингана под гнетом жары летом, смеркающего ветра зимой. Чтобы высадить полк на границе и задержать большую армию Квантунской, приходится привозить все необходимое: воду,建筑材料, продовольствие — даже издалека. Это не просто сражение, это упорный бой в суровых условиях....
И я думаю, они имеют в виду не одну цель, а уж как минимум две. Если хотят чего-то серьезного добиться, то у них минимум две цели. Ведь с диверсией на одной дело может сорваться, а им нужен результат, им нужно нас сильно испугать, чтобы мы ждали войны с Японией и эти взрывы расценили как самое настоящие преддверие атаки Квантунской группировки на наши границы.
Дверь распахнулась, и в кабинет влетел растрепанный Коган. Его черные волосы прилипли к потному лбу, воротник гимнастерки расстегнут, на щеке красовалась царапина, а пальцы левой руки были наскоро перебинтованы грязным бинтом.
Шелестов и Буторин смотрели на Бориса с недоумением. Ноги Когана явно уже не держали, но глаза были оживлены.
— Мишка нашелся! — выдержав почти театральную паузу, выпалил Коган. Потом сел на диване и заговорил: — К уполномоченному НКВД явился один охотник-эвенк.
Шелестов схватил записку и развернул. Буторин вскочил со стула и кинулся к нему с таким пылом, что едва оба не треснулись головами. Коган смотрел на друзей с нескрываемым торжеством, умиляясь тому, как на их лицах вместо тревоги появляется радостное выражение. Приятно, черт возьми, приносить такие сведения и вызывать такие эмоции. Шелестов сразу же подошел к стене, на которой висела карта Хабаровского края и Приморья.
— Ясно, что это японцы, — сказал он задумчиво.
— Вот здесь. — Коган, кряхтя, поднялся с дивана, подошел к карте и обвел пальцем район.
Все трое подошли к столу, на котором Шелестов развернул крупномасштабную карту района. Коган некоторое время рассматривал карту, потом уверенно показал место, где охотник видел чужаков. Максим взял циркуль и измерил расстояние по карте от места, где нашли машину Сосновского, до места, где его видел охотник.
