Маньчжурия: Сухие степи и предгорья Хингана под гнетом жары летом, смеркающего ветра зимой. Чтобы высадить полк на границе и задержать большую армию Квантунской, приходится привозить все необходимое: воду,建筑材料, продовольствие — даже издалека. Это не просто сражение, это упорный бой в суровых условиях....
Ведь знал же, понимал, что меня все равно рано или поздно убьют. Сейчас-то уже не боялся. Как-то все равно было радостно погибать на глазах своих, все не в тайге, где на корм хищникам пойдешь. Хоть возьмут в город, похоронят по-человечески.
— Ну, это вы зря про похороны, — засмеялся Буторин. — Еще поживем, врагов наших переживем. Нельзя нам умирать, мы Родине еще нужны. Вы мне вот лучше что скажите, товарищ Ливанчук, эти четверо, они одинаковые все? Все ненавидят советскую власть, Советский Союз?
— Да как вам сказать, — задумался геолог.
Буторин велел отвести пленного диверсанта, на которого указал Ливанчук, подальше, чтобы было не видно из лагеря, и поставил его спиной к дереву. Диверсант стоял, опустив голову и глядя себе под ноги.
— Ну вот, двое ваших товарищей отказались отвечать на вопросы, — прокомментировал ситуацию Буторин, хотя никто никого сейчас, конечно, не убивал.
— Волошин Сергей Федорович, — тихо ответил диверсант.
— Способ и цель заброски на нашу территорию? — холодно потребовал Буторин, поигрывая пистолетом в руке.
— С самолета с парашютом. Место указать не могу. Не местный я.
Неужели? Буторин мысленно обрадовался.
