Внутри коридора светился потускнелый фонарь, и улыбка Меллы казалась странной среди блестящих золотых масок. Она говорила о чем-то тайном, что отчетливо противоречило окружающую роскошь. Я чувствовал себя как попаданец в сказку, где правил мир драконов - или не правил? Вопрос оставался открытым, но я был готов к новым приключениям в этом странных и загадочных мирах....
- Но я ведь водила его к магам! И они сказали, что он просто … этот… у тети Ася память дырявая… На бумажке записано… Кажется, обскур… Маг с неуправляемой силой…
- Пфыф! – выдохнул дым Патрик, а тень огромного дракона над нами исчезла. На месте дракона стоял генерал.
- Как говорит ваш мистер Флетчер, с вами нужно было на деньги спорить! – вздохнул генерал, подходя к Патрику. - Я так понимаю, что ваша матушка… Миссис Вандервуд… Его не видела, иначе бы она вам слету сказала, что вы имеете дело с драконом.
- Я только рассказывала о ней Патрику.
- Это хорошо, что вам попались глупые маги. Это сохранило Патрику жизнь. Если бы во дворце узнали бы о бастарде, то, скорее всего, он был бы мертв, - произнес генерал.
- Получается, что он – ваш сын? - спросила я, удивляясь.
Глава 29. Ася
Я была готова ко всему, но только не к такому повороту! Патрик – дракон! Я воспитала дракона! Я смогла! Пока я обалдевала от собственных талантов, Патрик обернулся человеком, с удивлением рассматривая свои руки.
- Я … я… дракон? – прошептал сдавленно Патрик. И снова глядя на меня, словно сам себе не веря. – Мама Ася! Я дракон!!! Настоящий! Ты видела?!
- Видела, Патрик. Ты дракон, - улыбнулась я, видя, как Патрик задыхается от счастья.
- Это значит, я стану генералом! В генералы берут только драконов! – обрадовался Патрик.
- А знаешь, кто я? – спросил генерал Боргард, пока Патрик все еще не верил в то, что случилось.
- Кто? – прошептал Патрик. А на его серые внимательные глаза набежали слезы.
- Я твой папа, Патрик, - произнес генерал, а у меня самой в горле встал ком слез."
"- Папа? – прошептал Патрик, глядя на меня. Я едва заметно кивнула, подтверждая. Несколько глубоких вдохов, две дорожки слез, скатившихся по щекам мальчишки, и он сорвался с места, бросаясь в объятия генерала.
- Папа! Папочка! – рыдал Патрик, которого генерал поднял на руки. Патрик висел на шее у Боргарда, жмурил глаза, размазывая об мундир мокрые дорожки.
- Отставить слезы, - уговаривал себя Патрик, но остановиться уже не мог. – Я ждал тебя, папа! Как я тебя ждал! Я знал, что ты меня найдешь! Мама говорила, что ты меня найдешь!
Я прижала руку ко рту, чувствуя, как слезы собираются в ладонь.
