Contra spem spero — читать онлайн бесплатно полностью

После медицинских процедур — неспешный и вдумчивый полуторачасовой разговор — если, конечно, эти попытки установления общего языка можно называть разговором — с Мохаммедом (второй, Исмаил, был, что называется, «младшим», и на его долю приходилась в основном работа по хозяйству), несколько новых, старательно заученных, турецких слов. Затем — сон, после него — обед, чтение Корана, изданного в Бейруте в 1982 году, хоть и по-русски, но отчего-то в соответствии с дореволюционной орфографией, с ятями и ижицами (это была единственная книга на русском, найденная им в шкафчике с литературой «для выздоравливающих» — всё остальное было на арабском и турецком), затем очень лёгкий ужин — обычно большая кружка чего-то кисломолочного, похожего на армянский мацони, и лепёшка, щедро посыпанная кунжутным семенем — и отбой, вместе с заходом солнца.

Тоска…. Тоска и неизвестность — от которых иногда хотелось выть, как волку, особенно по ночам…

Установленный хозяевами распорядок вначале дико бесил Одиссея — причём не столько своей тупой однообразностью, сколько абсолютным отсутствием хоть какого-то намёка на информацию из внешнего мира — но затем, дней через десять, он смирился с этим.

Всё равно изменить что-либо было не в его силах; к тому же в таком прозябании всё же был один, пусть небольшой, но плюс — благодаря неторопливому житью-бытью его раненое плечо довольно быстро заживало, и уже к концу второй недели он мог, хоть и не без труда, действовать правой рукой — что позволяло некоторые особо трудные фразы записывать и затем заучивать наизусть. Пища, опять же, хоть и была удручающе однообразной — просяная каша (хозяева называли её «бургуль») с финиками, что-то типа ряженки или простокваши из овечьего молока (по-здешнему — лябан) и кофе на завтрак, суп с фасолью и пшеничная каша с тушёнкой на обед — в принципе, требованиям к калорийности удовлетворяла вполне, хотя и не приносила никакого удовольствия. Да и о каком удовольствии от еды (и вообще — от жизни) можно говорить — когда вокруг, докуда хватает глаз — безжизненная холодная пустыня, а рядом всегда, утром, днём и вечером — две пары чужих глаз, следящих за тобой каждую секунду? Впрочем, иногда туземцы всё же радовали — например, каждый четверг они резали овцу и, разделав её, запекали на огне — что позволяло на денёк забыть об опостылевшей турецкой тушёнке якобы из говядины (на самом деле — чёрт его знает, какое это было мясо, мелко протёртое и утратившие даже намёк на вкус и аромат).