Волчара, необычный мент с собственным правосудием, сталкивается с суперпрофессиональным киллером, который охотится за ним. Интрига разворачивается вокруг нелегальных схем и использования информации из Интернета. Возникает вопрос о том, кто кого переиграет в этой опасной игре.
Раздел Chitat.online для книги «Cудья и палач» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Волчара, необычный мент с собственным правосудием, сталкивается с суперпрофессиональным киллером, который охотится за ним. Интрига разворачивается вокруг нелегальных схем и использования информации из Интернета. Возникает вопрос о том, кто кого переиграет в этой опасной игре.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Владимир Колычев Легкое чтение Детективы подборки серии
Волчара, необычный мент с собственным правосудием, сталкивается с суперпрофессиональным киллером, который охотится за ним. Интрига разворачивается вокруг нелегальных схем и использования информации из Интернета. Возникает вопрос о том, кто кого переиграет в этой опасной игре.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
И достал… На кого ты работаешь, кто приказал Славца убить. Я должен это знать…
– Да ни на кого я не работаю. Только на себя. Да, мы с женой хотели ограбить Славца. Но осечка вышла. Он проснулся в самый неподходящий момент.
– И контрольный выстрел в голову? И пистолет «глок», который лоху не достать… Ты мне ваньку не валяй. Ты киллер, а не лох. Говори, кто Славца заказал?
– Но я, честно, сам по себе… Слово даю!
Гость позвал своих мордоворотов. И показал на Германа. В то же мгновение страшный удар сотряс его голову.
Его избивали на глазах у Аллы. Это было унизительно. Он хотел умереть, лишь бы только этот кошмар закончился. Но убивать его не торопились. Даже сознание не выбивали.
Наконец его оставили в покое.
– Ну что, будешь говорить? – спросил Иван Геннадьевич.
– Да я ничего не знаю. Чем угодно клянусь!
Его схватили, расковали, потащили в ванную. Сунули головой в воду.
Вытащили в самый последний момент. Еще бы немного, и Герман захлебнулся.
– Ну что, говорить будем? – снова спросили его.
Его снова сунули головой в воду. И снова ничего не смогли от него добиться.
– Иван Геннадьевич, а если это и в самом деле лох? – спросил мордоворот. – Может, по бытовухе Славца замочил…
– Тащите его в комнату, – послышался тихий властный голос.
Его увели из ванной. Краем глаза Герман успел заметить, что чемодан под ванной не тронут. Это его немного успокоило. Похоже, деньги он сможет сохранить. А вот сохранит ли жизнь?
– Значит, ты уверяешь, что Славца тебе никто не заказывал? – допрос продолжился.
– Нет, я его из-за жены убил…
– Стрелять где учился?
– У меня КМС по стрельбе. Из «марголина»…
– Одного товарища спать уложили, квартиру обыскали. Деньги нашли и пистолет…
– Значит, говоришь, что дядя ты рисковый… – Гость крепко задумался.
– Да, – закивал Герман.
– Тогда поработаешь на меня…
– А вот так… Уведите ее, – он показал на Аллу. – И сами слиняйте.
Ее отцепили от батареи и повели в соседнюю комнату.
– Только попробуйте тронуть, – жестко добавил Иван Геннадьевич.
Об Алле заботу проявил. Но Герману от этого не стало легче.
– Короче, работа такая. Человека одного нужно убрать…
Герман понял, о чем речь. И ему стало жарко.
– А если я откажусь?
– Тогда ты умрешь. А жену твою на толпу бросим, до потери пульса ее драть будут. Такая перспектива тебя устраивает?
– Вот видишь. Ну что, будешь работать?
– Вот и ладненько… Завтра утром к тебе придут, скинут информацию.
Срок тебе три дня. Сделаешь, получишь жену. Нет, будете закопаны в одной яме…
Иван Геннадьевич ушел. За ним квартиру покинули и его ублюдки. Только вместе с собой они забрали и Аллу.
– Не бойся, – без всякой издевки бросил ему «милиционер». – Никто ее пальцем не тронет…
Герман почувствовал дикую тоску.
Он промучился всю ночь.
