Волчара, необычный мент с собственным правосудием, сталкивается с суперпрофессиональным киллером, который охотится за ним. Интрига разворачивается вокруг нелегальных схем и использования информации из Интернета. Возникает вопрос о том, кто кого переиграет в этой опасной игре.
Раздел Chitat.online для книги «Cудья и палач» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Волчара, необычный мент с собственным правосудием, сталкивается с суперпрофессиональным киллером, который охотится за ним. Интрига разворачивается вокруг нелегальных схем и использования информации из Интернета. Возникает вопрос о том, кто кого переиграет в этой опасной игре.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Владимир Колычев Легкое чтение Детективы подборки серии
Волчара, необычный мент с собственным правосудием, сталкивается с суперпрофессиональным киллером, который охотится за ним. Интрига разворачивается вокруг нелегальных схем и использования информации из Интернета. Возникает вопрос о том, кто кого переиграет в этой опасной игре.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Если Шлыков захочет заминировать твою машину, он сделает это в другом месте…
– Ты же сам сказал, что он оборотень… Степан поднялся и подошел к машине с хвоста. Сунул руку под глушитель.
– Сюрприз. От Шлыкова. А может, и от Аллочки…
Марков встал на колени, заглянул под машину И обомлел. На трубе глушителя на магнитных присосках сидела «жаба». Размером с небольшую консервную банку. Сама в руки просится. Но трогать нельзя. Мина срабатывает на детонацию. С предохранителя она снята и может взорваться при попытке снять ее.
– А ты, Николай, говорил…
Мимо Степана, едва не задев его, промчалась машина.
– А вот и ответ на вопрос… К моей машине никто не подходил. Просто рядом остановилась машина, открылась дверца, из нее вылезла рука. Чпок, и «жаба» на глушителе… А это значит, что следили за мной, Николай, от самого дома вели. Я ведь дома начеку, все осматриваю, все проверяю…
Отличный психолог этот Шлыков… Только шизанутый какой-то. Ничего, гад, не боится…
– Его везде ищут, а он в открытую по Москве раскатывает…
– Совсем нюх потерял…
– Надо взрывотехников вызывать…
– Само собой. Но это успеется. Ты своего постового опроси, может, видел он, как машина останавливалась…
Вооруженный милиционер видел машину. Белая «семерка». В ней мужчина и женщина.
– Да с минуту, даже меньше…
– Почему не подошли? Не проверили документы…
– Да не знаю, – виновато пожал плечами милиционер. – Баба пьяная была.
А мужик такой злой. Чуть не ударил ее, когда она открыла дверцу и начала блевать…
Никакой блевотины рядом с «восьмеркой» не наблюдалось.
Степан и Марков переглянулись.
Точно так заминировали его «Волгу». Вроде бы блевать минер собрался, а сам руку под машину…
– А вы видели, как она блевала?
– Да как же тут увидишь? Машины все закрывают. Оставалось только догадываться…
– Не в ту сторону догадался, – осуждающе покачал головой Степан. – Лопух ты, дядя…
Милиционер и сам это прекрасно понимал.
– А номер ты, конечно, не запомнил…
– А вот и посмотрел…
У постового была хорошая память на числа.
– Тетя Люба, а вы меня с собой возьмете? – спросила Катя.
– Ну, конечно, девочка моя…
Люба была без ума от этого ребенка. Красивая, нежная, ласковая. Всегда веселая, непоседливая. И только где-то в глубине ее голубых глаз скрывалась недетская печаль.
Степан не говорил, где он ее взял. И Катя не признавалась. Она сразу дала понять ей, что не будет отвечать на этот вопрос. Впрочем, Люба и не настаивала.
И Виталию она нравилась. Это он решил взять над ней шефство. Накупил ей нарядов, игрушек, определил комнату в квартире. Ночевала Катя у Степана – как-никак он собирался ее удочерить. А днем она пропадала у них дома – Степан все время на работе. Нравилось ей здесь. И Любу любила она, и Виталия. И они в ней души не чаяли.
