Порог этого дома застыл в вечном молчании — мужчины больше не возвращаются. Здесь все тихо и холодно, словно под заслоной бессмертия, где только черемуха медленно распускает свои яркие цветы перед разлукой с зимним солнцем.
Он наконец-то заполучил искомое. Машина на кадре из видеоролика была ничем не примечательная. Белая «Лада Гранта», далеко не новая, номера видны четко. Пробить ее по базе и выяснить все о владельце ничего не стоило.
– Как она оказалась у отеля? – спросил он. – Скворцов вызвал такси?
– Да. Мы запросили распечатку звонков и сообщений за все то время, пока Руслан Семенович находился в Иркутске, и я внимательно ее изучил. Хотя это был колоссальный объем работы, – намекнул Савелий Ильич. Мол, я пахал, а получилось ни за что.
Сергей при этих словах выразительно хмыкнул.
– Алексей Алексеевич, а вам-то сколько? – спохватился Колобок.
– Я дядечка лет пятидесяти.
– А выглядите лет на десять моложе, – вернулся в знакомую колею дознаватель, который знал, как завоевывать расположение. Побольше комплиментов.
– Спасибо, речь не обо мне, – сдержанно ответил Алексей. – Что еще можете сказать о Калязине? Какое он произвел впечатление?
– Похоже, растерялся. Не понимал, в чем его конкретно обвиняют. Но в целом нормальное. Таксист как таксист. У нас их тысячи.
– Что конкретно рассказал Калязин?
– Да ничего особенного. Даже зацепиться не за что. Клиент вызвал к отелю такси и попросил отвезти его в Листвянку. Ничем не примечательный заказ.
– В машине Калязин был один?
– Смотрите на фото. Там все видно.
– Один, – убедился Алексей, поскроллив фотографии.
– А кто же тогда в Казахстане?
– Сообщник.
– И кто же он, по вашей версии?
– Бывший работник отеля.
– Вызов такси был рандомный. Невозможно спрогнозировать, какая именно машина приедет. Вы полагаете, диспетчер тоже сообщник? Тогда можно весь Иркутск подозревать.
– Я просто пытаюсь построить цепочку роковых событий. Но похоже, что вы правы. Таксист ни при чем. Убийца ждал Скворцова уже в Листвянке.
