Автор
На заднем сиденье его машины он увидел маленького цветка — розовый календула, как он называл это на своем языке. Несмотря на опасность, он не мог перестать изучать этот цветок, даже когда влечение к нему стало таким сильным, что оно прорастало глубже сердца и раздавалось в мускулы его рук. Это был зловещий трюк судьбы — цвести в ладонях умершего шерифа, которого он считал своим другом....
И раз в неделю, когда у Луэллы выходной, она позволяет мне спать в своей постели. Я так скучаю по мягкой перине, – ухмыльнулась Макс."
"Негодяй встал перед ней, но ей казалось, что он над ней навис. Макс была довольно высокой для женщины, пять футов восемь дюймов, но он был выше на целую голову. Она не доставит ему удовольствия, посмотрев на него снизу вверх!
Макс вернулась в хижину.
Он поднял платок, упавший с ее колен, когда она встала, и последовал за ней. Макс повернулась, надеясь, что он разрежет веревки на ее запястьях.
– Почему в объявлениях не указано, что ты женщина?
Макс пожала плечами, но он стоял слишком близко и, должно быть, не заметил. Потому она ответила:
– Эти объявления рассылаются из Бингема, штат Техас. Местные жители хотят меня вернуть. Может, решили, что если предложить так много денег за женщину, по моим следам ринутся не только охотники за головами, но и законники, если понимаешь, о чем я.
– Это твой способ убедить меня, что ты пока еще никого не убила? – спросил он, все еще стоя у нее за спиной.
– А получилось?
Сегодня утром этого типа так и разбирает любопытство. Но на этот вопрос он не позаботился ответить, вместо этого спросил сам:
– У тебя здесь есть какая-нибудь еда?
Прежде чем сказать, она еще дальше отодвинулась от него:
– Ничего.
– Ты ешь одно мясо?
Похоже, он голоден. Ее отчаянный порыв соблазнить его прошлой ночью не сработал, да это и неудивительно, если вспомнить, какая она грязная и злая. Слава богу, что не успела подумать о том, что случилось бы, если бы ей это удалось. Но еда! Бабушка любила повторять, что путь к сердцу мужчины лежит через желудок.
Повернувшись, она робко улыбнулась.
– Мне небезопасно покупать продукты в городе. Но если ты голоден, я могу кого-нибудь подстрелить.
– Ты и твое ружье расстались навсегда, – обронил он.
Макс снова сжала зубы. Больше она не попытается взывать к его доброму сердцу, потому что у него, очевидно, сердца нет.
