В мужской академии магии Цветок смотрится как маленький фрукт, но внутри у нее кипит горячий натиск девичьей души. Парни обмениваются взглядами — некоторые презрительно оскалятся, а кто-то и сочувствие выразит. Цветок смотрится на них сквозь слезы, уверенная в своей силе даже без магических способностей....
— Вот так? — спросила я с улыбкой, внутренне ликуя, и сжала половину крутящейся монетки в кулаке.
Не зря интуиция подсказала мне идти на разведку комнаты. Не зря!"
"— Ева, я скоро вернусь с твоим папой! — успела сказать я перед тем, как меня перенесло.
ГЛАВА 17
Гордон Рамзи еще никогда не чувствовал себя таким несчастным. Даже когда обнаружил, что Мия превратилась в прах, у него оставалась надежда, что все образуется.
Сейчас же, когда он сидел в сыром подземелье самого темного мага королевства, ему оставалось лишь выть от отчаяния.
Время в темнице мага шло по-другому.
— Минута наверху — это неделя здесь, милый. Так что подумай о своей нежной коже, посмотри: пока мы говорим, она уже приобрела земляной оттенок.
Рамзи не видел себя, но заранее знал, что если уж и земляной оттенок — то самый наипротивнейший. Ему же ""везет!”. Но сдаться он не мог. Да вы что? В постель темного мага? Это слишком жестоко.
Но даже в такой ужаснейшей ситуации Гордон считал, что ему повезло ступить на серую полосу.
А тому жуть как хотелось взаимной любви. До конца. До гроба.
— Что у тебя за защитные амулеты? Где они? Я снял с тебя все вещи, оставил только стрелу Лучника Любви. Но ее забрал бы только полный дурак, дело не в ней. Так в чем же?
Гордон молился небесам за начало своей серой полосы. Молился, пока темный маг выпаривал из него магию горячим колдовским паром.
Рамзи искренне считал, что его устойчивость к любовным чарам мага дарована ему самой судьбой как благословенный дар за страдания. Скоро, рукой подать, и Мия выйдет за него, снимет окончательно печать неудач — и будет счастье.
Кстати, о печати неудач. Она-то тоже не выпарилась.
Мия
Я перенеслась в густую чащу под защитный магический купол и с удивлением оглянулась по сторонам.
Внутри защитного купола недалеко от забора помимо меня было еще двое. Не земле, глядя словно в самое ядро земли, сидели Арчи и незнакомец с золотыми кудрями волос, голубоглазый, с ямочками на щеках и с небольшим лишним весом.
