В мужской академии магии Цветок смотрится как маленький фрукт, но внутри у нее кипит горячий натиск девичьей души. Парни обмениваются взглядами — некоторые презрительно оскалятся, а кто-то и сочувствие выразит. Цветок смотрится на них сквозь слезы, уверенная в своей силе даже без магических способностей....
Золотоволосый кудряш с кряхтением потянулся, будто проделал огромную работу, и исчез.
Спасение брата прошло так гладко, будто нам помогали сами небеса. Даже магический паром, что делает единственный рейс в день мимо Русалочьего острова, задержался нам на руку.
Помощник Рамзи всю дорогу дрожал, держался подальше от Арчи, и постоянно извинялся. И чем больше он это делал, тем становилось страшнее. Вдруг, они сотворили с Ирвином что-то страшное? От Гордона я уже ничего хорошего не ждала."
"Но стоило увидеть братишку в целости и сохранности, как страх постепенно отступил.
Гордон не соврал, что мальчику устроили все условия для жизни и даже обеспечили охрану. Ирвин вдоволь ел, много гулял и спал на мягкой кровати.
— Не тронут даже комарами! Господин старался ради вашего будущего, — хвастливо заметил помощник Рамзи, и тут же втянул голову в плечи, увидев нашу острую реакцию.
Арчи и так еле держался, чтобы не отправить всех помощников Гордона следом за ним следом к новой суперсчастливой жизни. Хорошо, что они быстро исчезли с наших глаз и обратно мы добирались втроем.
Брат всю дорогу настороженно поглядывал на магистра, и спросил у лишь одно:
— Мы домой?
Домой? Нашего дома уже нет, а нас с Ирвином официально не существует. Нам предстоит разгрести ворох проблем, но я все равно чувствую себя счастливой.
— Ирвин, я Арчи, муж твоей сестры. Мой дом — ваш дом, — представился Рейв, почувствовав, что время ему вступить в игру. С удивлением заметил, как испуганно расширились глаза паренька в ответ на его заявление
Впрочем, в этом не было ничего удивительного. Последний раз, когда нас с ним спас мужчина, мы оказались в большой ловушке Рамзи. Не мудрено, что теперь любого рядом со мной брат воспринимал, как угрозу.
— Арчи не похож на Гордона Рамзи, — шепнула я, стараясь вложить в фразу все свои чувства к магистру.
Между нами с Арчи столько всего случилось с момента первой встречи, что хватит на целую жизнь. При этом у нас было ничтожно мало времени, чтобы открыть друг другу сердце и душу. Поэтому сейчас я говорила это не только брату, но и своему дорогому магистру.
