За закрытыми окнами уже проглядывает пригород, мы едем молча под скрытые взгляды Джана и его табака. Серьги из золота с сапфиром кружатся по моим пальцам — свадебный подарок отца, который я так не хочу носять. Я чувствую усталость до мёртвых глаз, желая разорвать это цепкое золото и снять драгоценности, которые кажутся тяжёлыми висящими на шее....
Похоже, «Цветок Востока» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Это хороший, справедливый человек, – улыбаюсь я Иванычу. – Он поможет тебе.
Наливаю чаю и Ясе.
– Пей… – успокаивающе веду ладонью по спине, наблюдая, как её глаза испуганно увеличиваются.
Достаёт лист протокола.
– Ты должна честно ответить на его вопросы, Яся.
Достаёт второй.
– И ты тоже, Алексей. Как Вы здесь оказались, Жасмин?
– Он выгнал её.
– Помолчи! Не тебя спрашиваю! Жасмин…
– Я остаться на улице…
– В одном этом платье… – добавляю я. – В минусовую температуру. Очень длительное время.
– Помолчи.
– Мне… как это… плохо… – касается она ладонями глаз. – Темно… слабость… от холод.
– Вам стало плохо?
– Да. Лёша… помог. И вот… – опускает она глаза.
Ну, слава тебе, Господи! – выдыхаю я.
– Спроси её, как она там оказалась, Иваныч.
Раздражённо хмурится, но спрашивает.
– Муж наказал, – неуверенным голосом.
Смотрит на меня, ища поддержки.
– Как наказал? Всё говори!!
– Сказал… что воспитывать меня… – кусает губы, глаза наполняются слезами. – На колени сказал стоять или на улице оставаться.
– Домашнее насилие! На улице было минус пять. Ветер. Снег. Иваныч, ну полчаса я выдержал смотреть на это! А потом она пошла на дорогу и встала там, закрыв глаза! Ты знаешь, как мимо нас тачки летают?!
Иваныч вздыхает.
– Я всё понимаю, Лёха. Но это не первая такая семья на моём участке. Знаешь, что бывает потом?
– Что?
– Он её покалечит. Она будет лежать полумёртвая и твёрдо, уверенно говорить: «Упала с лестницы». И НИ-ЧЕ-ГО не добьёшься больше.
– Да, а если бы я оставил её на дороге, то это статья! Не помню, как там?
– «Оставление в опасности».
– Да! И её муж должен быть осуждён по двум статьям, как минимум.
– Да Лёх… Никогда не даст она показания."
"– Ясь? – перевожу на неё взгляд.
Непонимающе смотрит на меня.
– Твоего мужа должны судить за то, что он сделал. Тюрьма!
Отрицательно качает головой.
– Нет!! Нельзя! Нет! – категорически вскидывает ладони.
– Вот видишь?!
– Окей, пусть его Бог накажет, х*р с ним!
А может, и я когда-нибудь.
– Но насчёт похищения – бред. И вообще, Ясенька, дай свой паспорт.
Открываю перед ним.
– Совершеннолетняя девочка. Гражданка России. Не замужем. Спроси её, хочет ли она остаться тут или пойти к человеку, у которого жила. И вопрос решён! Разве нет?
– Жасмин. Вы хотите остаться здесь? Или проводить Вас домой?
– Я хочу… – вяло, нерешительно кусая губы.
